Глен почувствовал, как напряглись мышцы его лица.

– Значит... с ней все в порядке?

– О, да. Она звонила около часа назад.

– Откуда?

– Из Краунсвилла. Психиатрическое отделение, одна из палат с низким уровнем защиты.

Глен почувствовал прилив жара, но не понял, был ли это шок или облегчение. Краунсвилл был государственной психиатрической больницей, расположенной на окраине Аннаполиса.

– Я как раз собирался заявить о ее пропаже, - продолжил Уиллард.
– В любом случае, слава Богу. Я ничего не знал об этом; она призналась в этом по собственной воле, что, по крайней мере, указывает на то, что ее бред не может быть очень серьезным. Врачи хотели бы, чтобы она оставалась под наблюдением в течение семидесяти двух часов. Тогда они смогут решить, что делать дальше, возможно, это будут лекарства, терапия и отдых.

Сердце Глена наполнилось облегчением; ему хотелось кричать. Смутившись, он прислонил дробовик к лестнице и бросил на Уилларда виноватый взгляд.

– Я действительно сожалею обо всем этом. Наверное, я немного съехал с катушек.

– Да, немного, - согласился Уиллард.
– Сейчас это не имеет значения, мы поговорим об этом позже. Важно то, что с ней все в порядке, - он закатал рукав, чтобы посмотреть на часы.
– Если мы поедем сейчас, то успеем до окончания приема посетителей. Ты знаешь дорогу?

– Конечно, это на углу 178-ого и Краунсвилл-роуд. Если мы поедем по ней, то это займет пятнадцать минут.

Уиллард вышел из кухни.

– Дай-ка я возьму ключи.

– Я поведу, - сказал Глен.
– Моя машина прямо перед домом, - и он повернулся и зашагал к входной двери.

Уиллард, стоявший на шаг позади него, не колеблясь, схватил ружье и аккуратно ударил Глена прикладом по затылку. Звук удара был ужасающе негромким. Но затем Глен упал лицом на плитку в холле, потеряв сознание.

Уиллард перешагнул через ноги Глена, чтобы выглянуть в окно, и нахмурился. Он прислонил дробовик к стене и, тяжело дыша, потащил Глена в кабинет, ведущий в подвал.

ГЛАВА 26

Ленни Стоукс остановился у въездных ворот. Его поразила невероятная ночная тишина. Даже несмотря на назойливое урчание своего "Шевроле" за спиной, он не мог не остановиться и не насладиться моментом. Не красоту ли он почувствовал? Впервые в жизни его глаза открылись, и он увидел чудо природы? Ему казалось неправильным испытывать такие чувства.

Ночь была наполнена жизнью. Стаи светлячков скользили по лесу, словно светящийся дым, легион зеленых огоньков. Переходивший дорогу опоссум посмотрел на него в свете фар и неуклюже заковылял в кусты. Ночной дрозд взмыл в воздух, тихий и безмятежный, и его силуэт вырисовывался на фоне луны, такой яркой и насыщенной светом, что он подумал, что она вот-вот оторвется от своей опоры в небе и упадет на землю.

– Поторопись, Ленни, - крикнула Джоанна из машины.
– Давай начнем. Или ты собираешься простоять так всю гребаную ночь?

Ленни нахмурился. Ощущение дало трещину и исчезло, но он так и не понял, с чего оно началось.

Он провел резаком по случайному звену, нащупывая укус.

"Мягкие, - подумал он.
– Как оловянные".

Он сжал длинные болторезы так, словно они были парой рулей мотоцикла. Его мышцы напряглись, руки дрожали, но он держал себя в руках, и раздался короткий металлический лязг. Цепь упала, как оборванный канат.

Он вернулся в машину и нажал на кнопку включения фары. Казалось, их поглотила темнота. Джоанна, хихикая, открыла две банки пива, забрызгав ими ветровое стекло.

Ленни уставился перед собой.

– Что с тобой?

Ленни отхлебнул пива - на вкус оно было как вода.

– Чувствую себя немного странно, - признался он. Что-то кислое скрутило его желудок, и у него заболели глаза. Усталость навалилась на него, как тяжелая зимняя одежда. Он подумал, не отказаться ли от этой затеи и попробовать еще раз в другой раз, когда почувствует себя лучше.
– Наверное, со мной просто что-то случилось.

Джоанна откинула голову назад и опрокинула в себя половину своего пива.

Ленни отпустил стояночный тормоз, и машина выехала на подъездную дорогу. Ветки царапали по крыльям, как гвозди по шиферу; шины скрипели по гравию. Ленни слегка вспотел.

– Может, нам стоит вернуться?
– невнятно пробормотала Джоанна.
– Ты выглядишь так, будто тебя вот-вот стошнит.

– Чувствую себя так же.

– Наверное, ты слишком много выпил, надо было сначала поесть. Нет смысла приходить сюда без дела.

Углубившись в лес на полмили, они добрались до первой поляны, любимой Ленни. Он заглушил двигатель, и они приступили. Джоанна несла остатки упаковки пива за одно из пластиковых колец, как маленькая девочка куклу. Она начала что-то говорить, но Ленни заставил ее замолчать коротким "Ш-ш-ш!" и направился к возвышению, вяло сжимая в руке фонарик. За поясом у него был пистолет для целевой стрельбы 22-го калибра. Это было идеальное место для браконьерства, если попадать им в шею или голову, и это производило примерно столько же шума, сколько громкий хлопок.