— Нечестно.

Я присела, чтобы обнять Нико. — Скоро увидимся, хорошо?

Я уже собиралась встать, когда внезапно Мэнни тоже оказался рядом и потянулся ко мне, хотя за весь обед не произнес ни слова. Поэтому я тоже обняла его, с такой же силой, удивленная тем, что он проявляет ко мне такую привязанность. Затем я, конечно, повернулась к Ким и тоже ее обняла.

— Пожалуйста, возвращайся. — Кармен улыбнулась мне и крепко обняла, как это делала ее мать.

Прежде чем я поняла, что происходит, Ким присоединилась к нашим объятиям, а затем и близнецы. Мое сердце было так переполнено, что слезы навернулись мне на глаза в миллионный раз за этот день.

— Я буду так сильно скучать по вам, ребята. — Я грустно улыбнулась, оторвавшись от своих братьев и сестер.

— Я имею в виду… Конечно, есть простое решение. — Инес улыбнулась мне, за этим скрывалось тайное послание, которое я не могла понять.

Обернувшись, я увидела, что все четверо детей тоже разделяют его. Поэтому я посмотрела на Сальваторе.

— Как и сказала моя Кимберли, у нас впереди много лет, чтобы наверстать упущенное. — Он шагнул вперед и положил руку мне на плечо, глядя мне в глаза. — Как ты смотришь на то, чтобы переехать жить к нам, cara?

Все во мне замерло, я не могла поверить своим ушам.

— Вау. Это… Я... э-э... Ты серьезно?

Он сжал мое плечо. — Ты была разлучена со своей семьей почти два десятилетия. Я думаю, тебе пора вернуться домой.

Я оглядела всех остальных. — Вы только что со мной познакомились.

— Ты член семьи, — просто объяснила Инес.

— Мы не бросаем семью, — заговорил Мэнни во второй раз за день.

— Кроме того, мы с нетерпением ждали этого дня, кажется, целую вечность! — Возразила Ким, и в ее голосе послышались слегка плаксивые нотки, которые заставили меня улыбнуться.

— Это правда! — Вмешалась Кармен, разделяя волнение своей сестры, ускользая от своей идеально подобранной версии юной леди, которой она обычно придерживалась.

— Это много, — призналась я, поворачиваясь к родителям.

— Я понимаю, — ответил Сальв… мой отец, хотя разочарование было очевидным, даже когда он пытался это скрыть.

— Но... — Инес с надеждой улыбнулась, обнимая мужа за плечи. — Это из-за праздников. До Рождества осталось пять дней...

— Ты сказала, что у тебя нет планов. Или кто-то с можно отпраздновать, — вставил Нико, снова заставив меня рассмеяться, и заработал пинок локтем от своей старшей сестры.

— Ты не можешь быть одна на Рождество! — Ким всплеснула руками.

— Мы запрещаем это, — возразила Кармен решительным тоном.

— Ага! — Близнецы присоединились к своим сестрам.

Я открыла рот. Закрыла его.

Я имею в виду, что я не могу...

Это было безумие.

— Dai, Natalia. E Natale6, — улыбнулась Инес, сжимая мои руки.

Глядя на их полные надежды лица, я поняла, что не знаю, почему сдерживаюсь. Это было то, о чем я молилась в течение многих лет.

Всю свою жизнь я хотела только семьи.

И вот теперь мне предлагали это на двадцати четырех каратном золотом блюде.

Я сделала глубокий вдох, выдыхая смех. Что за черт? — Да, хорошо.

Все они разразились радостными возгласами на итальянском.

Первым, кто обнял меня, был мой отец. — Bene, cara. Sono felice. Molto felice7.

Я улыбнулась в ответ, сдерживая слезы.

Что-то ударило по моему телу. Я посмотрела вниз и обнаружила, что Нико обнимает меня. Я обняла его в ответ, не забыв взъерошить его темные волосы.

Мэнни последовал за ним, медленно приблизившись и обняв с другой стороны. Я положила руку ему на спину, но когда он выжидающе посмотрел на меня, я тоже взъерошила ему волосы, чем заслужила от него широкую мальчишескую улыбку, которой раньше не видела.

— Ладно! Наша очередь, медвежата! — Объявила Ким, таща свою сестру к нам.

Близнецы рассмеялись, хотя и не попытались пошевелиться, когда Кармен и Ким, хихикая, бросились к нам в объятия.

Я тоже засмеялась, подняв глаза и обнаружив, что взрослые наблюдают за нами.

На лице Инес сияла самая красивая улыбка; ее голова покоилась на плече отца, его рука обнимала ее за талию, словно защищая. Оба восхищаются нами, и в их глазах нет ничего, кроме родительской любви.

Famiglia8.