— Привет. Олег, я скинул тебе афишу по мероприятиям. Глянь. Там еще одни девчонки классную программу придумали. Я их пригласил. Пока наши будут развлекать в зале, те выступать на сцене. Везде красота, нагота и возбуждение, м? — откидывается на спинку дивана.

— Ок. Что у тебя с рестораном?

Подхожу к панорамному окну. Мой кабинет на втором этаже. Здание небольшое, но в два этажа. А я люблю смотреть на зал. Снова контролирую.

— Ремонт. Спасибо за то, что подсуетился со спонсорами. Да и вообще помогаешь.

— Терпеть не могу вот такой вот тон, — нервирует. Я вообще сейчас не сильно спокойный. Усталость сказывается, — простого спасибо мне достаточно.

В зале людей больше, чем на днях. Девчонки сидят за столиками. Время уже за двенадцать. Все разделись. Одна повела на приват кого-то.

— Игнат, а кнопки работают? В приватах?

— Должны.

— Должны? Ты проверял?

Не хочу никаких эксцессов.

— Да работают, работают, — спрятался за ноутом, печатает что-то. Афишу еще одну что ли делает?

Скрещиваю руки на груди. Наблюдаю. Девчонка светленькая мило воркует с каким-то толстым мужиком. Смеется, забавно откидывает голову, чтобы лучше обзор на шею и грудь открывался, проводит рукой по его плечу. Пальчиком. Закусывает губу. Все приемчики уже выучил. Все это напускное. Игра.

А потом замечаю другую. Темненькую. Короткие волосы — ровное блестящее полотно. Губы манящие, сочные и блядские. И фигура… вспоминаю как танцевала, и в паху сразу тяжелеет.

— Игнат? — перевожу взгляд. И торможу. Чувствую себя каким-то возбужденным подростком, что смотрит на голую бабу на картинке и по-тихому дрочит в туалете.

— М?

— Расскажи про девчонок.

— Каких?

— Ну, которые у нас танцуют. Я же только на прослушивании их видел. Но как-то мельком, — отворачиваюсь.

Темненькая села за стол к какому-то мужику. Близко не решается сесть. А тот мудила двигается к ней. Вижу тусклую улыбку на ее лице. Она будто позволяет ему приблизится. Разрешает, блядь. Ты стриптизерша, тебя должны лапать за деньги!

Раздражает смертельно.

И хочу ее смертельно.

Игнат откладывает ноут. Странно улыбается. Сучонок.

— Что? — не люблю вот эти вот недомолвки. Когда он хочет что-то спросить, но молчит и сверлит взглядом.

— Про кого конкретно хочешь узнать? Зарина? Астра? Кто еще? Нинель?

Ее имя он произносит по-другому. Более мягко как-то.

Подхожу к бару и наливаю себе виски. Захотелось залить в себя грамм сто, а может, и все двести. Нехороший разговор. Мне не нравится.

Игнат здорово мне помогает с клубами, но вот когда выпытывает что-то… Дурдом. Как бабы какие-то. Секретики, тайны, интриги …

— Про черненькую, что с каре, расскажи. Она еще упала на прослушивании.

В тот момент еще усмехнулся. Смотрела волком на всех, раздеться не может. А в стриптиз идет. Как она работать собралась?

— Нинель, — тянет ее имя. Или это псевдоним? А меня только от ее имени уже член напрягается.

— Она.

— А что хочешь узнать? Анкету ее ты видел.

А что ответить? И сам не знаю, что хочу. Да ничего не хочу. Не могу понять, почему из всех девушек в зале я смотрю на нее. И на тело ее. Прикрываться старается. Стесняется. Но смотрит на всех свысока. Гордая, блядь. Деньги получать она не гордая, а вот дать себя потрогать, так она запрещает и отсаживается.

— Почему она пошла в стриптиз? Как думаешь? Реальная причина?

Игнат скрестил руки на груди. Стоит рядом и сканирует зал. Нас с той стороны не видно, а мы замечаем каждую деталь.

— Легкие деньги, что ж еще.

И молчим.

Нинель ушла с этим мужиком в комнату привата. Идет сзади него, голова опущена. Поведи она так со мной, пошла бы нахер, а не пять косарей за пять минут. Если мужик платит деньги, он и должен от этого удовольствие получить, а не кислую мину и ощущение, что ты тупое похотливое животное. Именно так она и думает. Сучка.

— Она что-то выпила перед первым выходом, — слова как обухом по голове.

— Блядь, наркотики? Игнат, первого тебя уволю, — бешусь. Такую грязь я разводить не позволю.

— Нет. Возбудитель какой-то. Может виагру, хер их знает. Тряслась вся, как листочек. Такой невинной выглядела. Даже как-то обнять захотелось, — он только потом понимает, что сказал лишнего.

Получается, она и вела себя так нагло со мной из-за этого возбудителя? Не игра, не она сама, а дурацкая таблетка?

— А сегодня? — в зале ее еще нет, все в комнате. За каким-то хером это подмечаю.