– Джек, усиль давление! – крикнул капитан, пытаясь перекричать звук двигателя и ржание коней.

Капрал кивнул, двигатель стал рычать сильнее, в его мерном рокоте прорезался вой и хрип. Один из пустынников догадался перестать бить ноги амбулата и метнул копье в покрытый железной сеткой смотровой иллюминатор. Ему повезло, копье попало в трещину, которую оставил умирающий червь. Трещина расползлась. Шерфы увидели это и начали, с улюлюканьем, метать копья и стрелять из луков.

Тони бросил взгляд на шкалу давления и быстро нажал большую красную кнопку. Гранног рывком присел и громко задрожал, словно собираясь рассыпаться. Кочевники в страхе отпрянули в сторону, но тут амбулат затих. Пустынники переглянулись и подъехали ближе. И вот тут капитан раскрыл клапаны и выпустил на них раскаленный пар.

– Зрелище не для слабонервных, – прошептал капитан.

Вопли обожженных шерфов на несколько секунд оглушили экипаж. Тони резко дернул рычаг, и с громким лязганьем Гранног встал. Капитану показалось, что рев двигателя изменился. Несколько раз раздался негромкий редкий стук. Сзади ругался Джек, восстанавливая давление, а Коллинз напряженно смотрел в пол.

Тони огляделся по сторонам. Амбулаты ИАМ задержали всадников и значительно проредили их ряды, но бой завязался на флангах пехотных построений. С левой стороны кавалергарды выбивали всадников из седел короткими пиками и выстрелами пистолей.

Тони поднял амбулат на вершину холма. Шатер предводителя кочевников был в половине лиги отсюда. И к ним быстро двигались ряды стрелковой пехоты шерфов. Капитан удивился, что их не встречали залпы артиллерии. – Скорее всего, Оливер со своими ребятами обезвредил пушки. Было бы неплохо, – прошептал Тони. Капитан подал сигнал амбулатам у подножия холма, боевые машины двинулись к нему.

– Мы побеждаем, капитан? – неуверенно спросил Коллинз.

– Положение у нас непростое, но…

Капрал перебил Тони. – Мы надрали им зад, Джар! Понимаешь! Твой первый выезд на Гранноге, а мы уже надрали им зад! – радости Джека хватило бы на весь лагерь.

– Я бы не был столь категоричен, друг, – улыбнулся Тони. – Но мы ближе к победе, чем шерфы.

– Ура! – Коллинз шутливо похлопал.

Капитан развернул шагоход и бегло осмотрел три боевые машины, что двигались за Гранногом Тони. – Состояние сносное, только у Орленога сержанта Паркинса поврежден один из манипуляторов, – сказал Тони.

– Подождем своих? – Джек устало присел на стул около ящика с углем.

– Впереди пехота шерфов, капитан. – Коллинз поправил кабассет, по лбу ручейками тек пот. – Нам надо задержать их, они идут на помощь всадникам.

Тони, неожиданно, почувствовал одуряющую духоту. В кабине стоял горячий спертый воздух, но азарт боя не давал Тони отвлечься на это.

Тони предстояло принять непростое решение.

– Капитан? – Коллинз тяжело оперся на короб с картечными зарядами.

Тони закрыл глаза. Ему показалось или звук двигателя опять изменился? В нем снова появился стук. Он появлялся хаотично или отбивал ритм? Капитан облизнул губы, на ощупь нашел под столом бутыль с водой. Тони точно слышал ритм. Медленный, даже торжественный. Как на похоронах старого императора, на которых он бывал в детстве.

– Капитан, решать надо. – Джек подбросил угля. Сквозь пыльное стекло пробивался блеск шагоходов Кристофера, они поднялись на холм.

– Сигнал, – Тони поперхнулся теплой водой. – Наступаем.

Под свист сигнала, амбулаты выстроились клином и двинулись наперерез шерфам. Стрелки пустынников присели и начали стрельбу. Дробь выстрелов застучала по корпусу Граннога, одна пуля ударила по иллюминатору, стекло треснуло от края до края, но выдержало. Пули шерфов оказались более крупного калибра, чем пули имперцев и с такого небольшого расстоянию обладали чудовищной убойной силой. Тони сильно сомневался, что у них хватило бы знаний модернизировать купленное оружие. «Видимо и с этим им помогли» – горько подумал капитан.

После залпа все вокруг мгновенно заволокло пороховым дымом. Капитан сделал манипулятором круговой жест, скомандовав отступление. Амбулаты попятились назад, не рискуя стрелять в заволокшем их тумане. Один из легких шагоходов кренился на левый бок, у него оказалось повреждено коленное сцепление, второй шел нормально, а третий затерялся в дыму. Энтони скользил взглядом по усыпанной пулями земле.

– Орленог Паркинса! – крикнул Джек. Он оставил двигатель и вцепился в плечо капитана. Пальцы капрала дрожали.

– Коллинз, займи пост у двигателя, – приказал Тони. – Джек, к оружейному гнезду.

Капрал поперхнулся и ничего не ответил.

Тони подвел шагоход к амбулату сержанта Паркинса и одним ударом сорвал смотровой иллюминатор. Сержант был еще жив. Глаза на закопченном лице с болью смотрели в небо, струйка крови текла с головы, рассеченной обломком металла. Тони выстрелил в сторону предполагаемых кочевников. Их кони истошно ржали в пороховом дыму. Капитан аккуратно просунул манипулятор в смотровое отверстие, сержант ухватился за него и Тони вытянул его из исходящего черным дымом Орленога. Второму члену экипажа было уже не помочь. Его накрыло отлетевшим от обшивки листом металла, окровавленная неподвижная рука торчала из-под раскаленной плиты.