— Привет! — сказала она.

— Привет, Рейрей. Я закончил проверку биографических данных Роберта. — Его голос звучал устало.

— Есть что-нибудь?

Она посмотрела в обе стороны и перешла улицу. Её кроссовки шлёпали по сухому тротуару и хрустели случайной грязью, усеивающей дорогу. Она припарковалась в нескольких кварталах отсюда, потому что Жан-Клод не был совсем незаметным, и она не могла предположить, что у Роберта не было верных друзей. Она могла быть случайной подружкой, навещавшей его невесту, пока он работал, но если любопытный сосед также мог описать её машину, то дело было бы сделано.

— Ничего явно подозрительного. Он рефинансировал ипотеку на дом шесть месяцев назад, но многие люди так делают.

— Есть доступ к его финансам? — Она сослалась на частные, личные записи.

Долгая пауза.

— Ты же знаешь, что это против правил.

Рейвен вздохнула. Да, она знала это, так же как знала, что папа никогда не переступит эту черту. Зачем она вообще спросила? Папа олицетворял всё хорошее в мире. Он не нарушил бы закон, если бы это не было сделано для защиты его семьи.

Но она знала, кто это сделает. Мысленная заметка: позвони Беару.

— Ты уже проверил Сару во второй раз? — спросила она.

— Нет, это не было приоритетом. Я сосредоточился на нашем другом деле. Почему?

— Просто чувство, которое я получаю от неё.

Она перешагнула через кучу сухих листьев. Хруп. Хруп. Хруп.

Папа хихикнул, низко и раскатисто.

— Ну, она оборотень и помолвлена с Робертом.

— Да, я уловила мех в её запахе. — Она пошла по большой дороге и не стала комментировать Роберта. — Но в ней что-то не так. Что-то зловещее.

— О чём ты думаешь?

Рейвен свернула за другой угол. Прохладный ветерок окутал её.

— Пока не уверена. Она скрывает свою натуру и носит носки дома, так что она не часто перевоплощается. Может быть, шакал или енот.

Просто две крупнейшие банды оборотней на Нижнем Материке, известные не совсем законными деловыми отношениями с Иными Королевствами. Ничего страшного.

— Обычно я бы уловил любой из этих запахов. Должно быть, на ней какое-то заклинание, скрывающее запах. — Папа хмыкнул. — Я займусь этим.

— Хорошо, я буду…

Большая рука схватила её за руку и потащила в переулок. Другая рука зажала ей рот и заглушила крик. Кожа мужчины пахла дымом и маслом. Она замахала руками, выбросила руку и отправила телефон в полёт.

— Рейвен? — Папин голос рявкнул на другом конце линии, когда телефон взлетел в воздух. — РЕЙВЕ…

Телефон с громким треском разбился о тротуар у входа в переулок.

Рейвен вздрогнула.

Мужчина оттащил её назад, его мускулистая рука держала её поперёк тела, прижимая одну руку к её боку, в то же время сжимая другую руку.

Его Иная энергия вибрировала по коже, впитывалась в её сущность и ослабляла её собственную силу, как мокрое полотенце. Дрожь пробежала по её спине, а волосы закрутились тугими локонами вокруг лица.

Другой рукой он всё ещё закрывал ей рот.

— Если ты закричишь, я сделаю тебе больно. Ты понимаешь? — Глубокий голос донёсся до её уха. Не Коул. Не Бэйн. Здорово. Как будто ей нужен был ещё один опасный мужчина в её жизни.

Рейвен сглотнула и кивнула. Рука выскользнула от её рта. Было ли это вообще умно? Может быть, ей следовало позволить ему оставить её там, чтобы она могла укусить его, пустить кровь и призвать Коула.

— Она всё равно пострадает. — Другой голос привлёк внимание Рейвен.

Высокий, худощавый мужчина с тёмными волосами, серой кожей и абсолютно чёрными глазами Иных миров повернул за угол и направился к ним в переулок. Его ботинки застучали по мостовой. В его лице были все необходимые компоненты, чтобы сделать его красивым, но что-то в их резкости и расчётливости взгляда придавало ему слишком суровый вид для этого слова.

— У меня нет денег. — Ей даже не нужно было лгать об этом.

Тонкие губы мужчины раздвинулись, обнажив неровные зубы. Как у акулы.

— Я здесь не для того, чтобы грабить тебя, Бханрих.

Рейвен прищурила глаза. Она потянулась за своей энергией ворона, но другой мужчина всё ещё держал её за запястье, и его сила глушила её. Мошонка Одина, её уже тошнило от этого. По какой-то причине энергия тёмных фейри замкнула её собственную, и она не знала почему. Что она действительно знала, так это то, что она всегда пыталась получить доступ к своим способностям, когда кто-то из Иных миров физически прикасался к ней.