Примерно в середине пути Реджина начала жалеть о том, что выпила "Big Gulp" перед выездом из города. На улице стояла жара, а ей ужасно хотелось пить, и она выпила больше половины за первые десять минут езды. Обычно такой стаканище был обязательным атрибутом любой долгой поездки, но обычно она не выпивала его так быстро.

Всякий раз, когда она брала свой большой бокал, она смеялась, ставя его в подстаканник. Не только потому, что из-за огромных размеров ей приходилось каждый раз выворачивать руку, чтобы переключить передачу, но и из-за мысли о том, что ни одному человеку не нужно такое количество сладкой газировки с большим содержанием кофеина. Она просто списала это на традицию, которая сохранилась у нее с подростковых лет.

С переполненным мочевым пузырем, готовым вот-вот лопнуть, она проехала мимо знака, гласящего, что следующая зона отдыха находится всего в трех милях отсюда.

Слава Богу, - подумала она про себя.

Оставшиеся три мили тянулись вечность. Она нажала на педаль газа, чтобы набрать скорость, когда в ее голове зазвучала мелодия из старой рекламы лекарства от недержания. "Надо идти, надо идти, надо идти прямо сейчас". Она мечтала поскорее облегчиться, чтобы насладиться финальной строчкой: "и мне больше не надо прямо сейчас". В такие моменты она завидовала мужикам - вытащил член и ссышь в бутылку, вот это удобно, сука.

Наконец, показался съезд на территорию зоны отдыха, и она вздохнула с облегчением. Припарковавшись, она заглушила двигатель, схватила сумочку и выскочила из машины. Она почувствовала легкое облегчение от того, что встала, и направилась в женский туалет.

Войдя в уборную, она усмехнулась, увидев табличку "Не работает" на четырех из шести кабинок. Две рабочие кабинки располагались рядом, одна из них была занята. Обычно она избегала занимать кабинку рядом с кем-нибудь, но плачевное состояние этого туалета не оставляло ей другого выбора. Она могла только надеяться, что женщина рядом с ней не насрала так сильно, что воняло бы на все помещение.

Войдя в кабинку, она заперла за собой дверь и сбросила штаны и рухнула на унитаз, готовая выдать струю, которой хватит на галлонный кувшин.

Вскоре, когда она запустила свой поток, ей стало легче. Она чуть не издала громкий стон облегчения, но сдержалась, не желая ставить в неловкое положение себя и свою соседку по кабинке.

Заканчивая, она услышала что-то похожее на плач, доносившийся из соседней кабинки. Она наклонилась, чтобы посмотреть, и заметила немного крови на трусиках, спущенных на лодыжки женщины.

– Эй... ты в порядке? Помощь нужна?
– спросила она.

– Да, - едва слышно ответила женщина.

"Да", - ты в порядке? Или "да", - нужна помощь?– подумала Реджина.

Запустив руку в сумочку, Реджина вытащила со дна тампон. Она подула на обертку, стряхивая пылинки и ворсинки, скопившиеся на дне сумочки, прежде чем протянуть руку под перегородку, чтобы отдать его женщине.

– У меня есть это, если... если тебе это нужно.

Реджина почувствовала себя неловко, когда ее рука слишком долго оставалась там без ответа. Почему она не взяла его?– задумалась oна.

Она уже собиралась отдернуть руку, но вскрикнула, когда женщина вцепилась в запястье мертвой хваткой. Больно, сука!

– Какого хера?!
– заорала Реджина, пытаясь выдернуть руку.

Та дернула в ответ - чуть не стащив ее с унитаза.

– Оно приближается!
– закричала женщина.

Внезапно женщина встала, все еще сжимая запястье Реджины и сгибая его под неудобным углом. С громким стоном из нее хлынуло большое количество крови, которая с плеском упала на кафельный пол и собралась лужицей у ее ног.

– Отпусти!
– закричала Реджина.
– Надо вызвать помощь! Пожалуйста!

Женщина так и не ослабила хватку. Реджина вскочила, дергая изо всех сил. Продолжая безуспешно пытаться высвободить руку, она начала скользить по крови, растекавшейся лужицей по полу с ее стороны кабинки.

– Отпусти мою гребаную руку!
– заорала она.

В этот момент женщина снова завопила, и на пол шлепнулось что-то мокрое. Она посмотрела вниз, думая, что женщина упала, но вскрикнула при виде деформированного плода на полу. Она поднесла свободную руку ко рту, чтобы подавить рвотный позыв, поскользнулась и рухнула, ударившись головой. Когда она упала, хватка женщины на ее запястье наконец ослабла. Она едва почувствовала вес женщины на своих ногах, когда та рухнула.

Eе ноги теперь были под перегородкой и тянулись в соседнюю кабинку. Она потрясла головой, чтобы избавиться от наваждения, и вскрикнула от болезненного ощущения в голени. Посмотрев вниз, она широко раскрыла глаза. Плод, или что там вывалилось из чрева женщины, был жив. Он рычал и грыз ей ногу.

Она попыталась высвободить ноги, но женщина (уже, похоже, мертвая) придавила ee. Мертвые глаза женщины смотрели так, словно прожигали дыру в Реджине, пока она пыталась освободиться от ее веса и зародыша-монстра, который пировал на ее ноге. Казалось, он рычит на каждое ее движение, недовольный тем, что его потревожили.