«Значит, мы ничего не можем сделать?»

«Как я уже сказал, мне просто показалось это интересным. И это еще одна причина, по которой вам стоит быть осторожнее. Вы же не хотите сами стать статистикой, мэм».

Статистикой.

Может быть, именно это заставило мать Ронана покончить с собой. Она узнала о своей семье что-то настолько ужасное, что не смогла этого вынести.

В моей голове всплывает еще одна мрачная мысль, которую я старалась не замечать.

Все пропавшие дети Блэкторнов мужского пола.

Были ли записи об их рождении стерты кем-то, у кого была такая возможность? Были ли эти новорожденные мальчики, нежеланные в семье, которая так гордилась своей женской силой, частью ужасного договора между двумя семьями о предоставлении денег в обмен на подопытных?

Возможно, именно так женщины из семьи Блэкторн выживали все эти годы.

Не за счет продажи чая и настоек горожанам, а за счет продажи мужского потомства компании «Крофт Фармасьютикалз».

Глава тридцать первая

ТРИДЦАТЬ ОДИН

МЭЙВЕН

Взволнованная, я обыскиваю комнату матери в поисках улик, как криминалист-эксперт. Мне нужно что-то, что поможет перестать ходить по кругу в своих мыслях и укажет верное направление.

Я роюсь в каждом ящике в поисках потайных отделений. Поднимаю ковер и ищу незакрепленные половицы. Заглядываю под кровать, обыскиваю шкаф и проверяю каждый карман на ее пальто, платье и свитере, которые до сих пор висят там, покрытые тонким слоем пыли. Я заглядываю за рамки картин и в шкафчики в ванной.

Единственное, что представляет для меня интерес, – это надпись от руки на вырванном листке из блокнота, зажатом между двумя книгами на полке.

Возьмите в равных пропорциях белладонну, болиголов, белену, розмарин и аконит и варите в масле летучего дьявола до получения густой пасты. Смешайте с водой в полнолуние и нанесите на кожу.

Это рецепт мази, одного из домашних средств Блэкторнов, за которые горожане так хорошо платят. Может быть, от геморроя. Или от прыщей, укусов насекомых, солнечных ожогов – неважно. Важно то, что мама не оставила никаких подсказок о том, что она имела в виду под «исправлением несправедливости», если вообще имела.

Поднявшись в свою комнату, я несколько минут расхаживаю по ней, вспоминая каждую секунду странного разговора с Ронаном, а затем звоню Коулу Уокеру.

— Здравствуйте, мисс Блэкторн.

— У вас есть минутка?

— Конечно. В чем дело?

— Помните тех пропавших без вести людей в Солстисе, о которых вы мне рассказывали?

— Конечно. А что с ними?

— Я думаю, что «Крофт Фармасьютикалз» проводит незаконные испытания экспериментального препарата на людях и похищает их для участия в этом.

Он делает паузу, чтобы осмыслить сказанное, а затем присвистывает.

— Это серьезное обвинение.

— Я знаю. Но вы же сами говорили мне, что они нечисты на руку.

— Между этим и похищением людей для принудительных медицинских экспериментов – пропасть. Как вы пришли к такому выводу. Где предположительно проводятся эти испытания? В лаборатории в Бостоне?

— Нет. Нужно место поукромнее. Где никто случайно не узнает, что происходит.

— Ладно, я согласен. Где?

— В подвале их старой семейной церкви.

В наступившей паузе я почти слышу, как работает его мозг. Не уверена, что мистер Уокер воспринимает меня всерьез, пока он не говорит: — Хорошо. Давайте вернемся на секунду назад. Начнем с начала. Расскажите мне все, что привело вас к такому выводу.

Я перевожу дыхание, собираясь с мыслями, затем рассказываю ему о пустых могилах на кладбище Пайнкрест, странном поведении Ронана в церкви, самоубийстве его матери и обстоятельствах смерти моей собственной матери в той же церкви, хотя мы уже обсуждали это, когда я его нанимала.

Я рассказываю ему о странных исследованиях, которые финансировала компания «Крофт Фармасьютикалз», о необычном поведении животных, о появлении синей бабочки-морфо и о болезни Ронана, о которой он отказался рассказывать подробнее.

Я рассказываю ему обо всем, что приходит мне в голову, за исключением пропавших младенцев мужского пола в генеалогическом древе Блэкторнов.

Я решу, что делать с этим ужасом, позже. За один день я могу справиться только с несколькими из них.

Наконец я рассказываю ему о крике, который услышала в лесу.