Герцог пополнил семейную библиотеку более чем пятьюдесятью произведениями, подавляющее большинство которых (сорок семь томов) было конфисковано из библиотеки Жака д'Арманьяка, чье падение Пьер помог осуществить Людовику XI в 1473 году, когда сам был ещё только сеньором де Божё. В коллекции преобладали книги по истории, литературе и религии, а вот книг по политике было немного, кроме работ Аристотеля по политической философии в переводе Николя Оресме: Этика, Политика и Экономика [331] , собранных в два томах. Анна, часто ссылавшаяся в своих Наставлениях на Аристотеля, несомненно, с особым вниманием ознакомилась с этими работами.

Хотя манускриптов, заказанных самим Пьером, немного — всего семь, они являются довольно редкими изданиями. Два из них показались нам особенно достойными внимания. Первый манускрипт — Песни о деяниях Пьера, герцога Бурбонского (Carmina de gestis Petri ducis Borbonii) Мишеля Нагониуса [332] — написан на латыни около 1500 года и посвящен "монсеньору герцогу Бурбонскому, очень могущественному и очень доблестному, властелину Франции Пьеру". Такой способ связать Пьера с королевским родом, посредством его женитьбы на дочери короля, очень интересен и предшествует подобной ассоциации матери короля, Луизы Савойской, с царствующим домом несколькими годами позже.

Второй манускрипт заказанный Пьером — Покаянные псалмы (Psalmi poenitentiales) [333] — интересен тем, что содержит иллюминированный портрет Анны, Сюзанны и их придворных дам, возносящих молитвы Богородице, а также личный герб принцессы и девиз герцогской четы Надежда (Esperance).

Анна пополнила герцогскую библиотеку пятьюдесятью четырьмя томами из доставшейся ей коллекции книг королевы Шарлотты. Это были многочисленные жития святых и иные произведения на религиозные темы, в том числе несколько созданных францисканцами или авторами из движения ранней Реформации, воззрения которых принцесса разделяла. Некоторые из них были написаны специально для знатных женщин: Дом совести (La Maison de conscience) богослова Жана Сольнье, посвященный Екатерине Алансонской, графине де Мортен [334] , или Представление о достойной женщине (L'Exposition sur la femme forte) Жана де Бриу, епископа Мо и духовника дочери Карла VI [335] .

Анна, несомненно, внимательно читала Плач Святого Бернара (Lamentations de Saint Bernard) и, должно быть, вдохновлялась его особенно возвышенным содержанием. В трактате содержится двадцать семь произведений разных авторов, в том числе Святого Августина и Святого Виктора, а также Поучения Людовика Святого для сына и дочери [336] . Близкое знакомство принцессы со Святым Августином проявляется в её Наставлениях где она неоднократно ссылается на этого Отца Церкви.

Помимо этих благочестивых и духовных произведений, мы знаем об интересе принцессы к политической литературе и литературе о месте женщины в обществе. Это объясняет, почему она выбрала несколько произведений Кристины Пизанской, а также Прения о других женщин (Debat des autres dames) Алена Шартье [337] и О знаменитых женщинах (De claris mulieribus) Джованни Боккаччо.

Помимо многочисленных манускриптов, доставшихся ей в наследство, Анна заказала или купила четырнадцать работ, девять из которых были посвящены богослужению. Среди них Часослов Богородицы для литургии в Риме (Livre d’heures de la Vierge a l’usage de Rome), богато иллюминированный Жаном Коломбом в 1473 году [338] . Незадолго до своего замужества принцесса заказала одному из величайших художников королевства работу над этим Часословом, в котором она была изображена молящейся под балдахином, украшенным флер-де-лис. Использование символов королевской власти наглядно подчеркивало принадлежность Анны к королевскому дому Франции.

Анна, несомненно, бережно хранила вместе со своим Часословом и Ораторию в честь Анны, герцогини Бурбонской (Oratio de laudibus Annae, ducissae borboniensis) Жака Лефевра, где она, на этот раз как герцогиня, а не принцесса Франции, также была изображена молящейся, рядом со своим гербом, несомым двумя крылатыми оленями, и девизом Бурбонов Надежда. Анна явно уделяла большое внимание этим изображениям себя как благочестивой женщины, находящейся под защитой Девы Марии.

Также весьма очевиден и её интерес к истории, о чём свидетельствуют работы, которые она заказывала или покупала: Большие французские хроники (Grandes chroniques de France), подаренные ей Жаном дю Масом в 1476 году, или Краткое изложение некоторых хроник Франции (Petit abbregie sur aulcuns pas des Croniques de France) Рено Гавара, её капеллана, к которому мы вернёмся позже. Анне принадлежала, специально для неё составленная, Хроника Бертрана дю Геклена (Chronique de Bertrand du Guesclin) [339] и Хроника доброго герцога Людовика Бурбонского (Chronique du bon duc Louis de Bourbon) [340] , изданная около 1480 года и посвященная покровительнице дома Бурбонов, хотя принцесса тогда ещё не была ни герцогиней, ни даже главой королевства. Так в заказах на книги проявлялись политические амбиции принцессы.

Будучи с юных лет гуманистом, Анна проявляла интерес к новинкам эпохи — печатным изданиям, коллекция которых превосходила приобретенные ею манускрипты. Примечательно, что герцогиня заказала или купила около тридцати печатных изданий и ещё тридцать, предположительно, принадлежали ей, хотя невозможно определить, владела ими Анна или Луиза Савойская [341] . Многие из этих произведений не фигурируют в описи герцогской библиотеки, составленной в 1523 году, но они свидетельствуют о интересе принцессы к религии, истории и литературе. Четырнадцать из этих печатных изданий, датируемых 1490–1500 годами, поступили от известного книготорговца и издателя Антуана Верара, выполнявшего также и заказы королевы Анны Бретонской.