Я глубоко вздохнул, прогоняя остатки ступора. Паника является врагом, а спокойствие союзником. Как и всегда. Меня учили выживать в любой заднице. Эта задница просто немного необычнее, чем Чечня или бандитские разборки девяностых.

— Всё хорошо, — сказал я твёрдо. — Просто сон странный приснился. Долгий. Померещилось, что в другом мире жил.

Яромир понимающе кивнул.

— Это бывает. Особенно когда растешь. Вон мне тоже снилось, что я птицей летал, — он подмигнул. — Ладно, раз очухался, собирайся. Отец наказал тебя к ужину привести. Гости будут. И разговор важный.

— Какой разговор? — я машинально потянулся за одеждой, которую тут же сунула мне в руки услужливая Матрёшка.

Штаны, рубаха, сапоги. Всё добротное, сшитое из материи, напоминающей льняной трикотаж. Будничное. На плечи лёг камзол с золотистыми пуговицами. На рукавах тоже нарядная вышивка. Во всей преобладали черные тона с яркими алыми вставками, напоминающими языки пламени.

У нашего рода такая фенечка — огонь везде изображать?

Никаких трусов не было и в помине. Штаны надевались на голое тело. Зато были носки. Вроде даже шерстяные. В сапогах обычные носки быстро съёживаются гармошкой и потом натирают, а вот шерстяные плотно прилегают и в них не так потеют ноги.

Яромир подошёл ближе, положил руку на плечо. Ладонь у него была сухая и тёплая, как остывающая зола.

— Про Императорскую Академию Чародейств и Ратной Науки, брат. Сегодня отец объявит. Не понимаешь? В общем, тебя тоже хотят туда пропихнуть. На первый курс, как полагается родовитым боярским детям! Довольно тебе в глуши сидеть, силу в землю зарывать. Ты хоть и младший, а дар в тебе чувствуется. Не проклюнулся пока, но он есть. Не хуже моего будет, если в нормальное русло направить. А что? Будем вместе учиться. Ты на первом курсе будешь, я на третьем. Буду за тобой приглядывать.

Он сказал это так, словно речь шла о поездке в соседний магазин. Обычное дело. Пойдём, брат, учиться.

Я посмотрел в его серые глаза, и почувствовал странный укол в груди.

Был в своём мире одиноким бобылём, а тут раз! и целая семья! Отец есть, брат… Про мать пока ничего неизвестно, да и про сестёр неясно. Но, в целом, картина уже приобретает определённые черты. Я боярский сын, а это уже какой-никакой буст для начала жизни в новом мире.

— В Академию, значит, — медленно проговорил я, натягивая сапог. — И чему там учат?

Яромир ухмыльнулся:

— Всему, что нужно, чтобы выжить и победить, Елисей. Владеть мечом, огнём, видеть ложь. Править, наказывать и миловать! И убивать, если придётся… Такова уж боярская доля!

Я встал, ощущая, как новое, молодое тело слушается. Смерть оборотней осталась там, за гранью. Здесь новая жизнь, новые правила. И судя по говорящему, здесь убивать тоже иногда приходится.

Посмотрел на брата и впервые за долгое время улыбнулся не вежливо, а по-настоящему.

— Наказывать я умею, Яромир. Обучишь остальному?

Яромир озадаченно хмыкнул, но спорить не стал. Хлопнул меня по спине, едва не сбив с ног, и направился к двери.

— Вот и ладно. Тогда жду в трапезной. И повязку сними, чучело! Гости всё-таки!

Он вышел, громко топая, а я остался стоять посреди горницы, сжимая в руках пояс. Матрёшка прыснула и убежала следом. Невольно задержал взгляд на ягодицах — всё-таки хороша деваха! Прямо кровь с молоком! Ух, такую бы прижать в тёмном уголке, да задрать подол…

Ядрёна медь! А вот это уже не вполне мои мысли! Это откуда-то со стороны взялось! Может, это тело так отзывается на молодость и свежесть рядом. Кстати, а сам-то я какой нынче? Такой, какой был в молодости, когда обратили в охотника на оборотней или другой?

Я подошёл к небольшому зеркалу из полированного металла. Оттуда на меня смотрел молодой парень, лет восемнадцати. Русые волосы, серые глаза, волевой подбородок. Ни одной морщины. Ни одного шрама. Царапина на виске не в счёт. Да и синяк под глазом тоже не особо портил впечатление.

Мне семнадцать-восемнадцать лет. Тело не ахти какое спортивное. Может, я маг необыкновенный? И тоже могу огнём кидаться?

Попробовал напрячься и…

Пук!

Нет, огня не появилось. Только воздух испортил. Хотя, если зажигалку к заднице поднести, то получится дыхание дракона. Но я рисковать подобным не буду. Найдутся дела поинтереснее. Тем более, что Яромир сказал, будто я ещё не прорезался.

Сама комната мало что могла сказать о владельце — тут была чуть ли не спартанская обстановка. Кровать, шкаф, письменный стол с монитором моноблока возле окна.

Во как! Моноблок! А мне что-то показалось, что я попал во времена царей и королей. Речь, одежда, нравы. И тут… Моноблок!

Если бы время не поджимало, то обязательно бы полазил, пособирал информацию об окружающем мире.

Когда выглянул в окно, то присвистнул. Оказывается, на дворе тут лето! Я-то помню холодный март, а тут вона как.