В ответ на её письма, ей вежливо, но непреклонно ответили, что средства будут отправлены на счета, указанные в договорах, и она была уверена, что как только они туда поступят, Сайто в тот же день их тоже отправит деду, так что и до этих денег было не добраться. Да и не спасли бы они её. Ей было нужно намного больше, чем эти жалкие несколько десятков тысяч долларов.

Мелкий паршивец… Наглый, хамоватый, грубый, абсолютно ни во что её не ставящий… А она ведь так была уверена, когда ехала сюда, в Японию, что без труда возьмёт под полный контроль своего нерешительного и робкого сына, но за эти годы он очень сильно изменился… Она могла бы даже гордиться им, если бы его хамство и наглость были бы направлены на кого-то другого, а не на неё. Да ещё и тогда, когда ей так нужны были деньги. Много денег! И времени на их поиски у неё оставалось всё меньше и меньше… Она всей кожей чувствовала, как петля времени всё сильнее и сильнее сжимается вокруг её нежной шеи.

— Что же делать? — прошептала она, не обращая внимания на стекавший по её щекам дождь.

Разговаривать с сыном теперь уже было поздно. Он ни за что ей не поверит, и помогать не станет. Это надо было делать раньше, а сейчас уже было поздно. Она сама настроила его против себя. И теперь у неё оставался лишь один выход.

Масами достала телефон, посмотрела на экран, долго не решаясь набрать номер, который она давно уже стёрла из контактов и мечтала забыть много лет, и всё же позвонила той, кого ненавидела больше всего в своей жизни, и с кем не разговаривала со времён своей первой свадьбы, в глубине души даже надеясь на то, что ей не ответят, и тогда ей не придётся начинать этот очень тяжёлый разговор.

— Слушаю, — донёсся до неё знакомый ледяной голос почти сразу же, как пошли гудки, как будто её звонка давно ждали.

Масами судорожно сглотнула тягучую слюну, зажмурилась, и с трудом тихо выдавила из себя, — Здравствуй, мама…

— Мда, информации, конечно, немного… — задумчиво произнёс детектив Накадзима, и побарабанил пальцами по столу, когда я закончил ему рассказывать всё, что мне было известно о пропаже моего отца.

— Согласен, — вздохнул я, — И я пойму, если вы не возьмётесь за это дело.

— Информации мало, но с ней можно работать, — продолжил он, не обратив ни малейшего внимания на мои слова, — Я ничего не обещаю, но постараюсь что-нибудь узнать. У меня есть кое-какие знакомые в Сони, попробую через них выяснить, что предшествовало пропаже вашего отца. Уверен, что разгадку надо искать там. Также подключу свои связи в полиции. Возможно, им тоже что-то известно, но из-за того, что в этом деле просматриваются интересы крупных корпораций, они предпочитают молчать и не вмешиваться. Ну, и подключу своих помощников для поисков. Ваш отец не мог исчезнуть бесследно, наверняка где-нибудь, да засветился перед этим. В наше время трудно не оставить цифровые следы, особенно, в нашей стране, где кругом камеры. Даже если он покинул пределы страны, то уверен, что можно выяснить, когда он покинул страну и куда направился. Но на подкуп нужных людей может понадобиться очень существенная сумма, — замялся он под конец, бросив на меня смущённый взгляд.

— Я понимаю, — кивнул я, — Сколько?

— Предлагаю к вопросу суммы вернуться чуть позже, — чуть подумав, предложил он, — Пока я попрошу с вас лишь аванс в размере пятисот тысяч йен и подписать договор, чтобы я имел право начать официально работу по поиску вашего отца. Все дальнейшие траты будем обсуждать позже. Я узнаю, сколько запросят люди в Сони и полиции, и уже после этого озвучу вам окончательную сумму.

— Хорошо, меня устраивает, — согласился я, — А по нашему первому делу есть какие-нибудь новости?

— Мои люди прибыли во Францию, и работают. Думаю, ещё пару дней, и я представлю вам окончательный результат. Пока лишь могу повторить мою настоятельную просьбу, не торопиться со звонком отцу вашей сестры, — внимательно строго посмотрел на меня детектив, — Есть подозрение, что через его бизнес отмывает свои деньги итальянская мафия. По слухам, недавно часть этих денег куда-то пропала, и Мичико может оказаться в опасности, если с помощью неё решат надавить на её отца. Лучше поостеречься, и не допустить, чтобы мафия вышла на вас или вашу сестру. Повторюсь, пока это лишь ничем не подтверждённые слухи. Надо тщательно всё проверить, и действовать очень осторожно. Спешка в этом деле может привести к очень трагичным последствиям.

— Я понял, торопиться не буду, — согласился я с ним, задумавшись даже о том, что, может, ну нафиг это расследование, раз там мафия замешана как-то? Тем более, что мать уже притихла и не лезла ко мне. Из издательства и кинокомпании мне уже звонили, и сообщили, что мать пыталась изменить номер счёта в договорах, и получила отказ, так что до моих денег ей в любом случае не добраться. А если и решит вдруг что-то ещё предпринять, что всегда можно запугать этой историей с мафией. Думаю, что эта история с пропавшими деньгами как-то связано с тем, что она пыталась украсть мои, и тогда стоит её только припугнуть тем, что я в курсе этой тёмной истории, и она затихнет.

Вот только чтобы припугнуть, надо знать подробности того, что произошло, и быть уверенным в том, что это и правда было, так что пусть информацию собирают, всё же.

— Хорошо, буду ждать деталей, только прикажите вашим людям действовать аккуратнее. Это не тот случай, когда надо рисковать. При малейшей угрозе пусть бросают это дело и уезжают. Иначе могут не только себя, но и всех нас под удар поставить, — логично предположил я, — Не так уж и важно то, что они могут узнать, чтобы жизнями из-за этого рисковать.