— Привет, Сайто, — с трудом выдавил он из себя, натянуто улыбаясь, — А ты что здесь делаешь?

— Думаю, то же, что и ты. На пробы пришёл, — усмехнулся я, догадываясь, отчего он такой напряжённый. Наверняка решил с симпатичной девушкой решил пофлиртовать немного, а оказалось, что она знакома со мной, из-за чего он теперь боится, что как бы о его увлечениях Канна не узнала. Она девушка резкая, может и отбить ему кое-чего за такое.

— Так вы знакомы, оказывается? — недоумевающе переводила взгляд с него на меня и обратно.

— Ага, — безмятежно улыбнулся ей, — Вместе снимались в фильме. Можно даже сказать, подружились. Видимся иногда и в нерабочей обстановке, вместе с другими друзьями.

— Так это же отлично! — просияла девушка, — Может, и меня как-нибудь с собой возьмёте?

— Почему бы и нет? — пожал я плечами, весело наблюдая за тем, как Кимуру буквально перекосило от этих слов.

— Так может, завтра куда-нибудь сходим все вместе? — тут же взяла быка за рога Мидори.

— Завтра у меня, к сожалению, не получится, — поспешно отказался Кимура, — Очень много дел, извини.

— Понято… жалко, — протянула девушка, — А у тебя, Сайто?

— А у меня… — начал я, лихорадочно думая, как ей тактично отказать, но тут нашу беседу прервала стремительно ворвавшаяся в комнату девушка.

— Все в сборе? — суматошно выпалила даже по японским меркам маленькая девушка, в которой наверняка и полутора метров не было роста. Она попыталась изобразить строгий вид, сурово глядя на нас через огромные, чуть ли не пол лица, очки, снизу вверх, но выглядело это настолько смешно, что я чуть не заржал, еле сдержавшись.

В комнате к этому времени набилось человек сорок народа, часть из которого стояла, так как свободных мест за столом уже не было, и все внимательно смотрели на неё.

И естественно, ей никто не ответил, так как все мы понятия не имели, сколько человек должно было прийти. Она, похоже, тоже это сообразила, так как глянула на бумаги в своих руках, нашла нужный список, и быстро зачитала его, делая пометки, когда мы вяло отзывались на свои фамилии.

— Отлично, все на месте, — резюмировала она, что-то помечая себе карандашом, — Сейчас мы все пойдём в зал, где состоится первая часть просмотра, общая. Первая часть будет называться импровизация. На сцене стоят парты, каждый из вас сядет за одну из них, вам нужно будет изобразить школьный класс, и постараться вести себя как настоящие ученики, не обращая внимания на зрителей. Вы можете делать всё, что посчитаете нужным, ходить, сидеть, бегать, общаться друг с другом. Когда прозвенит звуковой сигнал, вы должны будете сесть по своим местам, и ждать учителя, в роли которого выступит Миядзаги-сан. Он будет задавать вам самые разные вопросы, вы же будете на них отвечать, импровизируя. Совершенно не важно, правильно вы станете отвечать, или нет. Имеет значение лишь то, как вы будете отвечать. Придумайте для себя образ какого-нибудь ученика, ботаника, хулигана, или ещё кого, и придерживайтесь его весь этот этап просмотра. Хочу сразу вас предупредить, что по итогам этапа десять человек будут отсеяны, и не допущены к следующему. У кого-нибудь есть вопросы?

— У меня есть, — робко подняла руку Мидори, дождалась ободряющего кивка от девушки, и продолжила, — Мне Миядзаги-сан текст дал, сказал, заучить. Он сейчас не понадобится?

— Нет, — отрицательно мотнула головой девушка, — Смотрите, если кому-то из вас были выданы тексты для изучения, то вам они понадобятся только на третьем этапе просмотра, когда вас будут вызывать по одному, если вы, конечно, продержитесь до него.

— А если текст не выдавали? — поинтересовался нервно какой-то парень, с длинными волосами, убранными в хвост, — И почему вообще кому-то выдали текст, а кому-то нет?

— По поводу текста вы можете высказать позже претензию господину режиссёру, если у вас будет такое желание, — холодно улыбнулась ему девушка, — Тем, у кого нет текста, и кто дойдёт до третьего этапа, либо текст будет выдан уже перед выходом на сцену, либо надо будет выступить с каким-нибудь своим текстом. Это будет на усмотрение Миядзаги-сана, он сообщит вам о своём решении позже. Сейчас же на дальнейшую беседу у нас уже нет времени, вас ждут на сцене. Прошу проследовать за мной, — девушка пошла к двери, и мы все вереницей потянулись за ней.

Парты оказались точно такими же, которые были у нас в школе, только тут их было больше, чем в классе. Я прошёл к самой последней парте, стоящей у выхода за кулисы, развалился на стуле, положив ноги на парту, и закрыл глаза, намереваясь просто подремать, пока не начнётся основное действие. Слоняться по классу, и общаться с другими «учениками», изображая дружелюбие, у меня не было ни малейшего внимания.

— Ого! Здорово ты хулигана изображаешь. Прямо точь-в-точь! — восхитилась Мидори, усаживаясь за соседнюю парту.

— А ты что здесь забыла? — нехотя разлепил глаза я, и бросил на неё взгляд, — Твоё место в первом ряду, где принцессы класса сидят. Таким как ты тут сидеть не положено. Вон, тебе Кимура рукой машет. Похоже, место занял. Вот он точно знает, что красавчики в первом ряду должны сидеть.

— Пусть дальше машет. Не хочу, — беспечно отмахнулась она, — Всю жизнь я за этими первыми партами сижу. Надоело. Могу я хотя бы тут побыть такой, какой хочу, а не такой, какой от меня все ждут? Да и всегда мечтала на задней парте посидеть. У меня карты с собой есть, может, сыграем? — заговорщически подмигнула она мне.