Уже зимой, в середине декабря переворачивая эту страницу, девушка поехала на кладбище, попрощаться. Она, наконец, должна отпустить брата в свободное посмертие и не цепляться за него, как за якорь. Да, больно, нечестно и несправедливо, но так случилось, Колька умер. Умер, так же как и жил. А ей пора начинать свою жизнь…

Как-то так вышло, что суета с домом, с гаражом и привычная безопасная гавань собственного дома позволила отвлечься от бега в колесе и задуматься. Над жизнью, временем, будущем, не сложившимися мечтами и нереализованными планами.

Норд, своим появлением и привычной для него суетой, показал чего именно она лишилась. Не только воспоминаний о замечательном, самом лучшем и любимом брате, но и массе злых слов, неприятным моментов и круге общения, типичном для таких людей. То от чего в юности хотелось выть в голос. Теперь просто избежать подобного любой ценой и формой.

Бедняга мог спать спокойно, Уля не собиралась покушаться на его одиночество и кошелек. Такой радости ей хватило за предыдущие десять лет жизни…

Странное дело, но времени съездить в гараж никогда не хватало, вот почему-то на все остальное находилось, а на уборку нет. Уля нервировало собственное непонимание от чего можно избавляться, а что следует продать, ловить Леху для консультаций сложно, да и не хотелось лишний раз отвлекать. Поэтому выбиралась по мере возможности — раз в пару недель, а потом холодно стало, работы прибавилось. Да и ремонт у кого-то там закончился и в течении недели перед самым новым годом у Ули забирали цветы, как следствие сложности с укрыванием и упаковкой, люди наследившие всегда и везде, уборка по мере освобождения места и прочая незначительная но пожирающая время ерунда.

Хотя оплата за передержку компенсировала все и даже большее. Поэтому не покривив душей девушка предложила обращаться по мере необходимости. Галина, покивав согласилась…

Очередной рабочий день, все как обычно с поправкой на работы в доме и головную боль с бывшей мастерской Кольки. Появился покупатель, это плюс, но цену, предложенную за строения вместе с барахлом очень невысокая. Точнее сами гаражи она может и оправдывает, но стоимость автохлама точно нет. А кроме него там имелась тьма инструмента, куча материалов для ремонта и даже еще какая-то мебель, надежно упакованная в сто слоев пленки и поднятая на второй этаж, поэтому пропущенная в прошлый раз. С этим надо было разобраться и что-то решить, поэтому Уля поставила себя в план на неделю заняться активно и с усилием.

Лера озадаченная долгим отсутствием после обеда, точнее после очередного привоза товара, удивилась просьбе поработать, но, услышав причину, поддержала такое начинание и даже заверила в готовности оставаться до пяти до прихода Скрепки. Уля, собрав все ключи поехала изучать территорию, заодно созвонившись с Лехой и Никиткой, теми друзьями брата, кто занимался автотехникой до сих пор и мог поучаствовать. Оба обещали на днях подъехать и посмотреть еще раз. Встреченный на дороге в гаражах дядя Вани тут же подтолкнул к нужному выводу.

— Добрый день.

— Добрый Улечка, добрый. Снова дорогу срезаешь?

— Нет, решила в гаражах разобраться, покупатель вроде как появился.

— И к тебе ироды приходили? Они тут многих нашли, — начал вдруг ругаться тихий алкоголик.

Спустя пять минут местный алкаш поделился подслушанным или придуманным знанием о выкупе гаражей и сараюшек для строительства новых домов. Недалеко от центра. Почти сухая низина, речки давно отвели, а ручьи пересохли. Эта часть обособлена и сделать так можно. Гаражи здесь старые и не слишком удобные, выкупить реально. Как все это дело пропустит экология вопрос иной.

Уля добралась до мастерской и задумалась, с этого угла ее строения первые, поэтому и мастерскую тут сделали. Если она не продаст дальше будет более чем сложно. Вывод? Цену надо ставить более чем существенную. А пока можно позвать дядю Ваню и предложить подработать, разбирая завалы.

Несколько боксов, склад, жилые комнаты на втором этаже и отдельный гараж, забитый всякой всячиной.

Дядя Вани, как ни удивительно, сам организовался, Уля без проблем разрешила сдать ему макулатуру и бутылки. Металлолом она вывезет лично, заодно избавится от номеров, пока вспомнила.

Так случилось, что из всего автопарка она оставила себе только собранный из деталей хаммер брата и маленькую Киа, купленную с рук почти новой за год до этого. Удобная женская городская модель никак не подходила для перевозки цветов, но тогда проблем с транспортом не было и ярко-синяя машинка запала в душу. Она до сих пор временно стояла у Лехи, пока Уля сможет расстаться с братом и продать его внедорожник. Вот уже пятый год все стояла…

Надо будет ее все-таки продать, как и хаммер и купить новую вместительную машину, вдруг поняла Уля. Ремонт хаммера каждый раз съедал более чем приличную сумму, не говоря уже о тратах на бензин. Память памятью, но она остается в сердце, а не вещах. Хотя Хаммер можно будет поставить во дворе дома, пусть себе стоит, как памятник. Зато три остальные машины налоги, на которые Уля платит который год подряд точно нужно списать, а для этого найти номера. И девушка уверенно взялась за поиски.

К вечеру она готова была взвыть — вот почему раньше не занималась? Не чувствовала в себе сил разобраться со свалкой. Кроме, наверное, нужного здесь хранилась масса всякого хлама начиная от продуктовых запасов и заканчивая пустыми бутылками и рваньем на тряпки. Сколько раз они сходили до помойки сказать сложно, но два контейнера мусором забили под завязку. Пустая пластиковая тара из-под всевозможных масел, жидкостей и прочего. Полу заполненная тара с таким же содержимым. Канистры с бензином, отстоявшим столько лет. Банка с чистым спиртом, унюханная Улей в одиночестве и перенесенная в машину. Колька не пил после тяжелого отравления в юности, когда в реанимацию угодил, так какого хрена у него везде спирт хранится? Дома пару ящиков водки было, но они сразу на похороны ушли. В доме самогон в промышленных масштабах и здесь судя по запаху чистый спирт, на кой?!