Убийца Найлсена прибыл в 9:00 вечера. Он тоже пришёл пораньше. Просто недостаточно рано.

Ричер считал себя справедливым человеком. Он старался избегать поспешных выводов. И всегда давал противникам возможность сдаться. Почти всегда. Та ночь оказалась одним из тех случаев, когда он этого не сделал. Потому что с первой же минуты другой парень ясно дал понять свои намерения. Они были кристально чисты. Он пришёл подготовленным. На голове у него был закреплён фонарик, как у шахтёров на касках. Он принёс с собой стремянку. И верёвку. Он сделал из верёвки петлю, затем осмотрел руины. Выбрал уцелевшую арку между двумя колоннами. То самое место, где свет фар выхватил бы её, если бы кто-то приехал на машине. Впечатляющий образ, без сомнения. Что, несомненно, и было его целью. Парень надеялся выиграть битву ещё до того, как она начнётся.

Парень перекинул верёвку через плечо и приставил лестницу. Забрался на три четверти высоты и начал раскачивать верёвку взад-вперёд, готовясь перебросить петлю через арку. Он смотрел вверх. Ричер вышел из тени. Он крался вперёд, стараясь обходить обломки и шаткие каменные плиты. Приблизился на расстояние пары футов. Затем наклонился, схватил основание лестницы и резко дёрнул её вверх. Парень взлетел вперёд, как велосипедист, перелетающий через руль. Он грохнулся на землю. Фонарик слетел и упал, светя вертикально вверх, отбрасывая причудливые тени. Парень перекатился, пытаясь отдышаться. Ричер шагнул вперёд и поставил ногу ему на шею.

Ричер сказал:

— Есть одна причина, по которой я пока не раздавил тебе гортань. Знаешь какая?

Парень попытался вывернуться. Ричер усилил давление ногой и сказал:

— Потому что тебе нужно уметь говорить. Чтобы отвечать на мои вопросы. Готов? Вот первый. Ты убил Кента Найлсена прошлой ночью?

Парень перестал двигаться, но не ответил.

Ричер сказал:

— Я, может, и не раздавлю тебе гортань какое-то время, но у тебя полно других частей тела. — Он убрал ногу и наступил парню на левую руку.

Парень взвыл.

Ричер вернул ногу на шею.

— Расскажи мне о Найлсене.

— Меня послали убить его. Я убил. Что тут рассказывать?

— Кто тебя послал?

— Тот же, кто послал убить учёного уродца. Имени не знаю. Работаю на него недавно.

— Как ты получаешь инструкции?

— По телефону.

— Как получаешь деньги?

— Тайник. Наличные.

— Как вы познакомились?

— Мы никогда не встречались. Мой друг сказал, что знает кого-то, кто ищет помощника. Я искал работу. Всё делается на расстоянии.

— Ты сказал, что убил учёного уродца. Невилла Притчарда?

— Ага. Похоже, имя такое. Мне, в общем-то, плевать на имена.

— Два в один день?

— Нет. Притчард был пять дней назад.

— Ты уверен?

— Даты я обычно запоминаю.

— Как ты его нашёл?

— Мне сказали, где он будет.

— У него дома?

— В кемпинге для автодомов. В его автодоме. Поэтому я и знал, что нужно взять шланг.

Формы и узоры в голове Ричера сдвигались и перестраивались, как осколки в калейдоскопе. Чарльз Стаморан уже был в поле зрения за смерть Найлсена, но они считали, что Невилла Притчарда убили две женщины. Теперь этот парень признавался, что убил их обоих. По приказу одного и того же лица. Значит, на совести Стаморана было два убийства, а не одно. И Притчарда убрали на несколько дней раньше, чем они думали. Стаморан не просто использовал других учёных как приманку. Он использовал их как прикрытие. Он был ещё холоднее, чем думал Ричер.

Ричер сказал:

— Я дам тебе выбор. Ты можешь повторить то, что сказал мне, детективу. Или можешь умереть прямо здесь, прямо сейчас.

Парень смотрел на свою раздавленную левую руку и размахивал ею, словно пытаясь избавиться от боли. Но его правая рука тоже двигалась. Она подкрадывалась к поясу. К карману. Сквозь тень от упавшего фонарика. Из-за этого Ричер заметил её с опозданием. Он медлил, убирая ногу. Рука парня снова появилась. Он держал что-то. Кусок металла, круглый, с торчащими во все стороны злобными шипами. Он согнул запястье. Собирался взмахнуть рукой и метнуть эту штуку. Целиться было во что. В бедро Ричера. В пах. В живот. Даже в лицо или шею. В этих местах полно крупных артерий. Масса жизненно важных органов. Рана от такого оружия могла быть серьёзной. Возможно, смертельной. Поэтому Ричер наступил сильнее. Сильнее, чем намеревался. Он наступил прямо на руку парня. Припечатал её обратно. Прямо ему в живот, вместе с острым как бритва диском. Ричер не мог видеть, какой ущерб это причинило. Тень была слишком густой. Но он сразу почувствовал характерный горький, металлический привкус в горле.

Парень поднял глаза и застонал от боли. Он прошептал:

— Думаю, ты теперь знаешь, что делать со своим детективом.

* * *

Было почти полночь, когда Ричер вернулся в свой новый отель. Смит и Уолш ждали его в баре. Ричеру не хотелось находиться среди незнакомцев, поэтому он предложил встретиться у него в номере. Он взял с собой чашку кофе. Смит принесла виски. Ричер понял, что это был не первый. Уолш ограничился водой.