— Мы не можем поселить их рядом, но вы можете поселиться в казарме рядом с солдатами, — предложил я, понимая, что он ни за что так не поступит. Хотя стоит отдать ему должное, прежде чем ответить, князь собрался и прогулялся до казарм, всё там осмотрел и, может быть, даже бы согласился, если бы не его женушка, которая убедила немолодого мужа, что ей нужен комфорт, а не толпа потных мужиков за соседней дверью.

Вопрос был улажен, но князь остался недоволен. Ну а вечером я заглянул к Карлу Даммерхэрену, что сидел за столом и играл в какую-то игру, напоминающую шахматы, но с меньшим количеством фигур и странным полем, полным завитков. Забавно, что стул напротив него пустовал, но у меня было странное ощущение, что ещё недавно там кто-то сидел.

— Не помешал?

— Ну что вы, князь, проходите, я как раз ждал вашего визита.

— Пьете? — уточнил я, прихватив с собой бутылку.

— Намекаете, могу ли я есть человеческую еду? Да, могу. Более того, даже обычные вампиры не брезгуют вином.

— Потому что похоже на кровь?

— Кто знает, — он пожал плечами, после чего на пару мгновений вновь задумался над партией. — Но факт остается фактом, обычную пищу их организм отвергает, за редким исключением, а вот с выпивкой такого нет. Хотя, например, у Астольфа, которого вы убили, была непереносимость, и моя сестра Кларисса очень любила подмешивать ему в кровь спиртное, чтобы тот потом блевал.

Карл очень даже по-человечески усмехнулся. Странный тип, он вообще мало выказывал эмоции, и сложно было понять, что у него на уме. Собственно, поэтому я сегодня сюда и пришел, может, в такой неформальной обстановке смогу выудить ещё какие-нибудь сведения.

— Занятно, — хмыкнул я, а затем кивнул на доску. — И кто выигрывает?

— Пока что не я, — задумчиво произнес Карл, а затем, почесав подбородок, впервые с момента моего появления подвинул одну из фигур.

Я мог бы поинтересоваться, каковы правила этой игры, но на самом деле мне было это не интересно. Счел, что не хочу вдаваться в такие тонкости сегодня. Может, в другой раз.

— И кто же ваш оппонент?

— Можно на ты, особенно когда мы вдвоем. Что же до игры, то один мой друг, но мы не сможем продолжить её некоторое время. Скорее, я просто размышляю о том, как буду ходить в будущем.

— Вот как, — кивнул я, разливая принесенный напиток по бокалам. — Так как тебе Вольнов, Карл?

— Учитывая, что ещё пару месяцев назад он был дырой на краю наших владений, очень даже неплохо. Особенно мне нравятся эти многоэтажные дома. Кажется, к ним сейчас проводят трубы? Хочешь, чтобы вода была в каждом доме?

— Не только. По этим трубам будет течь горячая вода зимой, благодаря чему не придется топить печи. Тепло будет поступать постоянно.

— В самом деле? Хочется посмотреть своими глазами. Не отказался бы от такой штуки в своем замке. Вампиры не чувствуют холода, но я, увы, эту силу в себе не сохранил, так что в фамильном замке клана коридоры вечно холодны, а уж какой проблемой являются сквозняки… Забавно, что слуг мы меняем чаще всего потому, что они заболевают, а вовсе не потому, что кто-то проголодался.

Услышав подобное, я поморщился.

— Скажу прямо, мне претит мысль о том, что кто-то может пить кровь.

— Это вопрос физиологии, — Карл развел руками. — Мы это не контролируем. Если люди не хотят убивать животных для пропитания, они могут посадить пшено, рис, любую другую культура на выбор. С вампирами все не так. Технически мы можем питаться кровью животных, но на деле это крайний случай.

— Почему?

— Мы деградируем. Не могу точно сказать, почему так происходит, но кажется, очень важно, чтобы мы питались кровью своего «вида», так сказать. Мне доводилось встречать вампиров, которые питались животными, и знаешь что? Они становятся на них похожи. Не буквально в них превращаются, мы же не оборотни, в конце концов, но… в их поведении, в характере начинают проявляться звериные черты. А ещё они тупеют, и очень сильно.

— Получается, ты тоже?

— Разумеется, но не ставь нас в один ряд с реальными чудовищами… — на миг мужчина засомневался. — Хотя некоторые из нас действительно заслуживают такого именования. Но говоря за себя, последний человек, которого я убил, в могиле уже более ста лет. Те же, кто жертвует мне кровь, обычно идут на это добровольно за хорошее вознаграждение. Но мне проще, голод не такой сильный, человеческую пищу я тоже есть могу, так что мне достаточно пить кровь раз-два в неделю, и то, совсем немного. Для общего тонуса, так сказать.

— Значит, опасаться, что в моем городе найдут обескровленные трупы, не стоит?

— Для этого у меня есть специальные слуги, кормить меня — одна из их обязанностей. Так что нет.

— Тебя послушать, так ваш клан — вообще святые, — не удержался я от колкости.

— Отнюдь. Мой отец, например, в принципе не считает людей сколько-нибудь важными. Он из тех, кто если пьет кровь, то пьет до конца, не оставляя человеку ни капли. Кое-кто из моего семейства идет этим путем, кто-то как я. Клан большой, больше, чем может показаться на первый взгляд, и порядки там тоже царят разные, в зависимости от того, в какой «фракции» окажешься.