— Я пыталась поговорить с тобой. Помнишь ли ты это?

— Помню. Это было хоть что-то по сравнению с тем, как ты просто молча меня кинула, — та рука Ашера, которой он упирался в стену напряглась до такой степени, что под кожей проступили вены. — Но, знаешь, я помню еще кое-что. То, что ты за моей спиной трахалась с другим.

— Что? Я не делала ничего такого, — быстро сорвалось с моих губ.

Наш разговор достигал пика напряжения, но последние слова Денора ударили по мне так, что я сильно растерялась, не сразу поняв, что он сказал.

— С чего ты вообще решил, что я… Что я могла спать еще с кем-то?

— Когда я вернулся в колледж, об этом говорили все.

— И ты поверил в то, что кто-то говорит? — спросила на выдохе, но явно многого не понимала. С чего вообще такие слухи могли возникнуть? Я же из-за Ашера даже рядом с другими парнями не находилась. Повода для таких слухов не должно было возникнуть.

— Нет, но, когда я пошел в комнату к тому ублюдку, чтобы поговорить с ним, там пахло тобой. И под одеялом лежало твое смятое нижнее белье.

Я разомкнула губы, но ничего произнести не могла. Была в шоке от услышанного.

— Ты что-то путаешь, — наконец-то выдавила из себя. — Я ни с кем кроме тебя не спала. Причем, за всю жизнь.

— Может, так же что-то путают те, кто видел, как ты вместе с ним выходила из мужской раздевалки? Мне охренеть как сильно хотелось сомневаться в таких словах, но что-то не получалось. Не после того, как я избил их в мясо и они начали говорить, что солгали, лишь потому, что от них воняло страхом.

Я до онемения в пальцах сжала рубашку Денора. Хотела немедленно возразить. Сказать, что такого тоже не было, но… оно было.

Уже прошло слишком много времени. Четыре года и за это время многое стерлось из воспоминаний, но после слов Денора в голове болезненно затрещало и я кое-что вспомнила.

— Однажды… Однажды я случайно была заперта с одним парнем в мужской раздевалке. Но между нами ничего не было. Просто я хотела отдать ему его толстовку и… — я запнулась понимая, что могла сказать лишнего. Мне нечего скрывать, но учитывая то, что разум Ашера сейчас не стабилен и я чувствовала исходящую от него ярость, мне… было очень страшно.

— Говори, — Ашер положил ладонь на мою щеку. — Что за толстовка?

— Ашер…

— Я чувствую, что ты дрожишь. Боишься?

Я сглотнула и рвано выдохнула. Ничего не ответила, но, думаю, Денор и так все понял.

— Я больше не девятнадцатилетний пацан и прежде чем делать выводы, предпочту тебя выслушать. Поэтому, говори.

Денор отстранился от меня и я только сейчас смогла сделать выдох, видя, что Ашер сделал несколько шагов назад и достал из кармана сигареты. Луна уже начинала действовать. Его глаза становились животными, но пока что Денор держался.

— Я не спала ни с кем кроме тебя и…

— Знаю.

— Знаешь? Но ты же только что говорил, что я тебе изменяла.

— Допустим так, я не «знаю», а предпочитаю доверять тебе, - Ашер подкурил сигарету. — Мое доверие стоит дорого, но ты мать моих детей и моя желанная женщина. Я не собираюсь портить то, что у нас есть сейчас, очерняя тебя какими-то там подозрениями.

Денор сделал глубокую затяжку, затем выдохнул рванное облако дыма.

— Тем более, у меня кое-что не вяжется. Ты же не шлюха. Долго боялась спать со мной и я не думаю, что сразу же раздвинула ноги перед другими.

Я сильно прикусила кончик языка. После этих слов Денора стало намного легче, ведь я действительно боялась, что произойдет то, что было четыре года назад. Что я вновь буду убегать от него по лесу.

— Я правда ни с кем не спала. Я даже не понимаю, про какие слухи ты говоришь. А то, что ты в комнате какого-то парня почувствовал мой запах и увидел мое нижнее белье… Может ты что-то перепутал?

— Нет, я ничего не перепутал. Я в таком никогда не ошибусь.

— Но этого не может быть.

— Давай, Рейра, рассказывай, что там была за толстовка? То, что я в тебе не сомневаюсь, не означает, что я не хочу знать все, — Денор посмотрел в окно. Вернее, на небо. Луна уже начала появляться. — И очень надеюсь, что уже теперь ты ничего не будешь скрывать.

Ашер резко подался вперёд.

— Ну? — его голос был хриплым. — Говори.

Я сделала вдох, будто перед прыжком в ледяную воду. В горле был ком. Всё внутри дрожало.