— Пьете? На вот тебе, Алексей, твои ключи от квартиры, чтобы потом не забыть.

Он взял два ключа и машинально прицепил их к большой связке, лежавшей на краю его стола.

— Давай, Василий Павлович, с нами. — Леша называл водителя, который был старше его всего лишь на три года, по имени-отчеству.

— Нет, я за рулем.

— Все за рулем. Рассказывай…

— За тем и приехал. Буду говорить по порядку. Ты меня только, Леша, не перебивай. Потом, коли чего надо, спросишь. От Нади у тебя секретов нет? Ну и ладно. В общем, так… Приехала милиция, а я за старшего. Что случилось? Так, мол, и так, ничего не знаем. Это дочка убитой. Была в Москве, вернулась сегодня утром. Звонит домой, дверь никто не открывает, и телефон молчит. Она испугалась — и к нам в офис. В какой офис? В ЗАО «Спецсервис». Почему? Да потому что наш директор, то есть, Леша, ты, ее дальняя родня — сам понимаешь, пришлось указать на тебя. Как я здесь оказался? А мне была дана команда ребенка до дома довезти. Почему мне? Потому что я водитель в фирме. Ну, они давай меня спрашивать. Как, что и почему. А я свое. Ничего не знаю кроме того, что сказал. Девочка — родственница нашего директора. Вот и весь сказ. А Олька после слез умылась и вроде как на ребенка стала походить. Но ее особо не расспрашивали. Сказали, что поговорят с ней позже. Вот такие дела.

Надя с Василием Павловичем переглянулись.

— Василий Павлович, а Любовь Николаевна…

— Любовь Николаевна убита. Чем-то острым, вроде ножа. Две раны на горле. Ну, и на теле там… Грудь и живот — все кровью залито. Сам лично видел. Правда, ножа я рядом не заметил. Хотя нож-то ведь можно и с собой унести. Дело нехитрое. Лежит в кровати в нарядной кружевной рубахе, волосы красиво уложены. Спокойная такая, словно спит. Но, честно говоря, воняет сильно, так что в спальню не войти. А в квартире идеальный порядок. Посуда вся перемыта. Галя, что ли, прибралась? Любка-то, извиняюсь, Любовь Николаевна, дымила ведь, как паровоз. А окурков нет нигде. А? Странно. Ну да ладно. Хотя все же странно. По-койная-то была неряха, вечная ей память, а, Леша?

Алексей неподвижно сидел в кресле и всем своим видом выражал полную растерянность.

А в понедельник, третьего апреля, в офис пришел оперуполномоченный, капитан Потапов Михаил Юрьевич, и в кабинете директора с Лешиного разрешения поговорил поочередно со всеми сотрудниками, которых смог застать на месте. Поговорил и с Надей и оставил ей свою визитку.

Как только капитан Потапов покинул офис, Алексей вызвал Надю в свой кабинет.

— Ну, как ты считаешь, может быть, пронесет?

— Леша, что я могу тебе сейчас сказать?

— О чем тебя спрашивали?

— О Любови Николаевне.

— Очень остроумно! Нашла время упражняться! Говори по существу, когда я тебя спрашиваю!

— Не ори, пожалуйста. Я и говорю по существу. Меня спрашивали исключительно об убитой.

— Что именно?

— Кто такая, откуда приехала, что за человек, в каких отношениях была с тобой… ну, и множество аналогичных вопросов в том же духе.

— А ты что? Что ты сказала? Говори же! Что ты тянешь?!

— Я тебя не понимаю, Леша. Что ты хочешь от меня услышать? Естественно, я ничего не сказала. Ничего, что могло бы тебе повредить. Неужели ты ждал чего-то другого?

Он хмуро кивнул. Но Надя заметила, что лицо его выразило признательность.

— А что ты ответила, когда капитан спросил, в каких отношениях я был с… убитой?

— Я сказала, что не знаю.

— А он?

Надя пожала плечами:

— А что он? Удовлетворился моим ответом.

— И больше не спрашивал?

Надя покачала головой:

— Нет. А почему тебя именно это волнует?

— Да потому что я сказал, что у меня с… убитой были интимные отношения.

Надя уставилась на своего директора. Он не переставал ее удивлять.

— Леша, а что это тебе взбрело в голову?

— Спроси чего-нибудь попроще. Ты думаешь, я зря это сказал?

— Пока не знаю, — честно призналась Надя.

— Понимаешь, этот капитан все ходил вокруг да около. Почему да отчего я помогал убитой. Ну а когда он спросил напрямик, не состоял ли я с Любкой в интимной связи, я возьми да и скажи, что да, было дело, состоял.

Надя посмотрела на Алексея оценивающе и задумчиво проговорила:

— А что, возраст у вас подходящий…

— Издеваешься, да?

Надя удивилась:

— Что я такого сказала, не понимаю?

— Неужели можно поверить, что я спал с этой коровой?

— А почему бы и нет. Чего только в жизни не бывает. Говорят ведь, любовь зла…

— Ну спасибо тебе. По-твоему, я козел?

— Я этого не говорила.

— Странный у нас разговор получается, тебе не кажется?

— Кажется…

А через неделю Алексея арестовали. Нашелся свидетель, который видел в день убийства, в понедельник, двадцать седьмого марта, около дома Любови Николаевны его машину, спортивный «Ford» красного цвета. День он запомнил точно, потому что приехал с полным багажником напольной плитки, и Лешина машина помешала ему припарковаться поближе к парадному. Кроме того, опрошенные соседи опознали Алексея и подтвердили, что он часто навещал потерпевшую, а пожилая пенсионерка из однокомнатной квартиры, расположенной на одной лестничной клетке с потерпевшей, сказала, что отношения у них были плохие и часто его визиты заканчивались скандалами.