Как и каждый вечер, она завела механические часы и поставила их на тумбочку рядом с зеркалом на подставке. Часы на стене не работали из-за разряженных батареек. В конце концов, зачем они ей были нужны? Время там не имело никакого значения. Оно могло растягиваться или сжиматься, и она даже не заметила бы разницы.

В таких отдаленных местах временные координаты не имели никакого смысла... Именно по этой причине только календарь связывал ее с проходящим временем.

В глубине леса, где на многие километры вокруг не было ни живыкой души, Вера открыла книгу «Девушка из тени» и начала читать.

7

Выйти из кошмара, чтобы проснуться и увидеть другой, еще худший... Когда Жюли попыталась встать, все вокруг нее закружилось. Это было как на адской карусели, на пиратском корабле на ярмарке, которая вращалась вокруг оси и заставляла тебя висеть вниз головой в течение бесконечного времени. Ее тошнило, но в желудке не было ничего, чем можно было бы поблевать.

Она опустила руки на пол и попыталась собраться с силами. Вес ее собственного тела неумолимо тянул ее вниз, и она оказалась на чем-то вроде мягкого линолеума. Она пыталась держать веки открытыми. Не падай. Пожалуйста... Не падай на землю, как собака.

В зубах оказалась песчинка. Она вытолкнула ее кончиком языка, но продолжала слышать, как она скрипит где-то глубоко в мозгу. Она вспомнила порывы ветра, когда открыли багажник. Когда это произошло? Где она находилась? На стройке, может быть? Рядом с пустыней? На пляже? Она помнила голос другого мужчины, прежде чем потеряла сознание. Это шепот у ее уха.
– Ты думала, что ты бессмертна?
– Джули собрала силы, нашла стену — толстую резиновую подушку — ухватилась за нее и подтянулась. Кости весили тонны. Однако ей удалось встать на ноги, пройти вдоль стены и укрыться в углу, где она смогла сесть.

Ноги не держали ее, все вокруг было в тумане, но она не сдалась. Она не могла себе этого позволить. Слезы текли по щекам. Простая физическая реакция. Она должна была дождаться, пока пройдет действие этой проклятой штуки, которую ей вкололи в вену.

Она сосредоточилась на более удаленном светлом пятне, которое колебалось и раздваивалось. Она сосредоточилась, чтобы сфокусироваться на нем, не сдаваясь, не закрывая глаз. Через несколько минут ей это удалось: это была лампочка. Джули посмотрела на свои босые ноги, ноги, туловище. На нее надели чистый черный комбинезон. Она просунула руку в брюки и почувствовала бесконечное облегчение, когда обнаружила, что на ней все еще были трусики. Она не чувствовала боли. Ее не изнасиловали. Пока нет.

Стены были покрыты черной поролоновой пеной, похожей на соты. Как в студиях звукозаписи. Звукоизоляция. Рядом с ней она заметила дверь. Без ручки. Она тоже была обшита поролоном. Она бросилась к ней и начала бить ее своими маленькими бессильными кулачками. Ни замка, ни щели, через которую можно было бы заглянуть или просунуть пальцы. На полу она заметила прямоугольник, нарисованный краской, размером примерно пятьдесят на тридцать сантиметров. Над ним было написано: - ПОДНОС/БЕЛЬЕ.

Она осторожно подошла ближе. Оказалось, что перпендикулярно коридору, в котором она проснулась, была комната. В правой части могла бы поместиться столовая с кухонькой и вся семья, но комната была пуста, за исключением доски, установленной на подставке, как в офисах. Она подошла ближе. К доске был прикреплен большой белый лист, в центре которого синим фломастером был нарисован еще один прямоугольник размером примерно десять на пять сантиметров. А в центре было написано заглавными буквами: - НАГРАДА.
– В кармашке доски лежал новый клеящий карандаш.

– Выпустите меня отсюда!.

Еще слезы, на этот раз горячие, из глубины души. Она думала о родителях, друзьях, о всех тех улыбающихся лицах, которые, возможно, она больше никогда не увидит. Она не хотела плакать, но, может, тогда ее мучитель сжалится? Может, он решит, что еще не поздно вернуться и освободить ее? А может, видеть ее такой доставляет ему удовольствие...

Да, он возбуждался, видя, как она плачет, умоляет.

– Иди на хер!, - крикнула она.

Она вытерла слезы рукавом комбинезона и с силой пнула доску. Затем, уже не в себе, она подняла ее и швырнула об стену из пенопласта, крича во все горло. Лист порвался, а подставка сломалась пополам.

Через несколько мгновений она почувствовала, как что-то острое вонзилось ей в спину. Она выгнулась и закричала.

Тьма.

* * *

Свинцовые ноги. Ужасная тошнота. Мерцание лампочки, когда она открыла глаза, щека прижата к полу. Борьба, чтобы подняться. Смешанные воспоминания. Коридор, по которому она ползла как зомби. Другая комната. Справа — та же доска, тот же прямоугольник, нарисованный на листе, с словом «НАГРАДА» в центре, тот же желтый клей-карандаш. Новые.