— Как звали держателя карты? — спросил Стилвелл.

— Её имя, — сказал Гилберт. — Ей пришлось бы показать удостоверение личности.

— Конечно. Гранд-люкс сейчас занят?

После вопроса последовала ещё одна серия печатания на клавиатуре.

— Этот номер забронирован с завтрашнего дня, — сказал Гилберт. — На уикенд.

— Значит, сейчас он пуст? — сказал Стилвелл. — Хочу на него взглянуть.

— Зачем это нужно?

— Потому что это расследование убийства, Гилберт, и мне нужно увидеть номер.

— Вы имеете в виду, она мертва? Ли-Энн Мосс мертва?

— Да. Убита. Так что, пожалуйста, дайте мне ключ от номера.

Гилберт повернулся, потянулся к старомодной стойке с ячейками и вытащил настоящий ключ, прикрепленный к кожаному брелоку с цифрой 4. Он передал его Стилвеллу.

— Поднимайтесь по лестнице, — сказал он.

— Спасибо, — сказал Стилвелл.

Стилвелл поднялся по лестнице в короткий коридор с дверями по обе стороны. Люкс 4 был в конце слева. Внутри была небольшая гостиная с камином и открытой дверью в спальню слева. Стилвелл представил, что когда-то это была главная спальня Уильяма Ригли, чикагского магната, который однажды владел островом и построил особняк как зимнюю резиденцию. «Ада» была названа в честь его жены, и одно время Ригли привозил свою бейсбольную команду, «Чикаго Кабс», на Каталину для весенних тренировок. Стилвелл знал, что бейсбольные легенды, такие как Диззи Дин, Хак Уилсон, Роджер Хорнсби и Гровер Кливленд Александер, играли на поле в каньоне Авалона. Всего девятнадцать членов Зала славы тренировались на острове. Всё это Стилвелл узнал от Таш, которая была не столько фанатом бейсбола, сколько любителем истории острова.

Стилвелл быстро осмотрелся и вышел через двойные двери в гостиной, ведущие на частный балкон. Он шагнул наружу и оценил широкий вид на гавань и знаковое «Казино» внизу. Он видел клуб «Чёрный Марлин» и линию буйков в воде за ним. Он представил Ли-Энн Мосс, стоящую на том же месте и смотрящую вниз на клуб. Он мог только гадать, о чем она думала.

Инстинкты подсказывали Стилвеллу, что Мосс бронировала номер для встреч с кем-то, кого она встретила в клубе. Он предположил, что расходы по кредитной карте также оплачивал этот человек. Круги, которые он наматывал вокруг дела, становились всё теснее, и «Чёрный Марлин» оставался в центре. Он вспомнил, как Лесли Снид рассказала, что Ли-Энн говорила, будто охота на мужчин в клубе была как стрельба по рыбе в бочке. Он начал верить, что одна из этих рыб была акулой.

Вернувшись к стойке регистрации, он спросил Гилберта, есть ли камеры видеонаблюдения, на которых могли бы быть изображения с дат, когда Ли-Энн Мосс останавливалась в отеле.

— У нас только одна камера здесь, в лобби, — сказал Гилберт. — Но она на двухнедельном цикле. Она не была гостьей здесь за последние две недели.

Стилвелл кивнул. Это было бы слишком просто.

— Можете проверить ещё одно имя в компьютере? — спросил он. — Посмотреть, останавливался ли он здесь?

Гилберт выглядел очень раздраженным просьбой, но не отказался.

— Какое имя?

— Дэниел Истербрук.

Гилберт напечатал и нахмурился.

— Здесь указано, что он не останавливался здесь как минимум год, — сказал он.

— Какая была дата того пребывания? — спросил Стилвелл.

— Он останавливался на пять дней в мае прошлого года. Уикенд Синко де Майо [31] .

Стилвелл знал, что это было до того, как Ли-Энн Мосс появилась на острове. Но информация подтверждала, что Истербрук был знаком с «Маунт-Ада».

— Он бронировал гранд-люкс? — спросил Стилвелл.

— На самом деле, нет, — сказал Гилберт. — Он взял номер Виндзор. Полагаю, вы не хотите посмотреть и этот номер?

— Нет, это не понадобится.

— Хорошо.

Администратор, казалось, вздохнул с облегчением. Стилвелл положил ключ на стойку.

— Спасибо за помощь, Гилберт, — сказал он.

КОГДА СТИЛВЕЛЛ ВЕРНУЛСЯ в участок, его ждал неожиданный гость. Мерси сообщила, что пропавший Генри Гастон пришел и сказал ей, что находится в опасности и должен поговорить со Стилвеллом. Она дала ему диетическую колу и отвела в комнату для допросов.

— Он нервничает, — сказала она. — Говорит, что ему нужна защита.

Стилвелл кивнул, глядя на экран её компьютера, где отображалось изображение Гастона в недавно оживленной комнате для допросов. Тот сидел, наклонившись вперед, опираясь локтями на стол, обеими руками сжимая банку, которую дала ему Мерси.

— Ладно, я иду говорить с ним, — сказал Стилвелл. — Что-нибудь выяснила про туфли «Prada»?

— Вообще-то, да, — сказала Мерси. — Я определила, что это атласные туфли с вырезами, которые в рознице стоят четырнадцать сотен долларов новые.

Стилвелл не мог понять, как туфли с несколькими ремешками и каблуками в четыре дюйма могут столько стоить.

— Я также была права, когда сказала, что такие туфли нельзя купить напрямую через «Amazon», — продолжила Мерси. — Они продаются через розничные магазины, такие как «Nordstrom», «Neiman Marcus» и собственные бутики «Prada». Один из них есть на Родео-Драйв в Беверли-Хиллз. Но вот крутая штука, которая может помочь: они с чипом.

— Что значит «с чипом»?

— Существует огромный рынок подделок дизайнерских вещей. «Prada» встраивает радиочастотные идентификационные чипы в свои продукты, чтобы выявлять подделки и отслеживать цепочку поставок. Так что, если вы покупаете что-то, думая, что это «Prada», можно пойти в магазин «Prada», и у них есть считыватель чипов, который скажет не только, настоящая ли вещь, но и когда она была изготовлена и где продана.