— А я, собственно, по делу, — улыбнулся еще шире мужик. — Можно войти? Нет, мы, конечно, можем и здесь побеседовать, но лучше, чтобы нас никто не видел и не слышал.

— Проходите, — кивнул Сергей и отступил в сторону.

Мужик, улыбаясь, прошел в коридор. Алтаев прикрыл за ним дверь, а когда обернулся, тот смотрел на него уже без улыбки. В руке белобрысого жокея замер огромный тяжелый меч. Лезвие оплетал матово-серебристый узор, в котором среди сложных завитушек просматривались какие-то символы. Руны?

— Кто вы? — спросил Сергей вдруг осипшим голосом.

— Барон Гюстав де Флюэри, — отсалютовал белобрысый и бросился в атаку.

Сергей шарахнулся в сторону, барон врезался мечом в дверь. По полированной поверхности прошла грубая глубокая трещина, брызнули в стороны щепки, узорчатое лезвие застряло в двери. Гюстав выдал пару фраз на незнакомом языке — судя по интонациям, выругался.

Продолжая нести что-то неразборчивое, потянул меч на себя.

Алтаев тем временем судорожно отступил по коридору, сожалея, что у него нет ни меча, ни умения фехтовать. На этой мысли рука сама, повинуясь неизвестно откуда взявшемуся рефлексу, метнулась за спину. В ладони ощутимо потяжелело, запястье потянуло вниз, а когда рука появилась перед носом, Сергей с удивлением воззрился на простой, без особых прикрас клинок.

Де Флюэри выступил вперед из полумрака коридора, словно призрак. На побледневшем лице барона была решимость.

— Останется только один, — провозгласил он и сделал выпад.

Сергей отступил в сторону, принимая удар на свой клинок. Повел рукой, сбрасывая хищное, оплетенное узорами лезвие, сделал встречный выпад. Барон парировал удар, зло усмехнулся и пошел в атаку. Сталь засверкала с неимоверной скоростью. Сергей уходил от ударов, парировал их, делал выпады, но все впустую. Белобрысый Гюстав пока не мог добраться до Сергея, но отражал все атаки Алтаева.

Стараясь не пропустить удара, Сережа отступил в гостиную. Здесь было значительно светлее и просторнее. Дико вскрикнула и умолкла где-то за спиной Юленька. Расхохотался барон, снова зазвенели клинки.

Двое бессмертных, а в том, что перед ним такой же, как и он, Сергей уже отчего-то не сомневался, закружили по комнате. Некоторое время они обменивались осторожными ударами, потом де Флюэри неожиданно рванулся вперед. Сергей отступил в сторону, барон пронесся мимо и угодил в диван, превратив предмет меблировки в весьма плачевное зрелище, достойное украшать помойку, а не гостиную комнату в шикарном коттедже. Алтаев повернулся на месте, устремился вперед, но Гюстав уже обернулся и успел парировать удар.

Чертов жокей, пронеслось в голове, мы фехтуем с ним на равных. Так мне его не одолеть. Жаль, что я не умею фехтовать лучше. А почему, собственно, не умею? Умею.

Сергей сделал обманное движение и выбил у противника меч. Барон отступил. Споткнулся и оказался на полу с острием лезвия у горла. Сергей держал меч, стальным кончиком касаясь кадыка противника, но уверенности в том, что надо рубить, сейчас уже не испытывал.

Барон судорожно сглотнул, кадык дернулся, кончик клинка окрасился в алый цвет.

— Кто ты? — жалко и сдавленно прошептал барон.

— Я? — Алтаев задумался на миг; от мысли, пришедшей в голову, стало весело. Сережа расхохотался неистово и отвел в сторону меч. — Я наместник Дьявола на Земле, и противиться мне нет смысла.

Де Флюэри посмотрел на противника безумными глазами. Сергей расхохотался пуще прежнего и опустил клинок. Барон боязливо, не веря себе, поднялся на ноги. Тот, кто назвался наместником Дьявола, хохотал, как сам дьявол. Убить, пронеслось в голове у несчастного бессмертного. Гюстав стрельнул глазами в сторону противника и бросился через комнату, туда, где валялся его клинок.

Алтаев оборвал смех, сделал резкий и безжалостный выпад. Лезвие свистнуло, как заправский Соловей-разбойник, хрустнули ломающиеся позвонки, брызнула кровь, и к ногам Сережи скатилась голова барона.

Ноги подломились, рука с мечом стала тяжелой, в голове загудело, будто рядом собрался взлетать реактивный самолет. Потом мир вспыхнул нестерпимой болью и померк.

Возвращение к реальности было болезненным. Тело казалось тяжелым и уставшим, а внутри возникало ощущение, схожее с тем, когда натыкаешься на то, что кто-то полазал в твоем компьютере, пока тебя не было дома. В Сергее кто-то полазал, причем довольно грубо, накидал каких-то новых файлов, а какие-то стер за ненадобностью.

Алтаев осмотрелся, тела бессмертного почему-то не было, только пятно крови на ковре и полуголая горничная на диване и без сознания. Черт! Сергей подошел к окну и остолбенел. Далеко за забором мигали проблесковыми маячками, как новогодние елки гирляндами, полтора десятка машин. Чуть поодаль стояла пара грузовиков, из которых горохом сыпались далеко не джентльмены в штатском.

— Трензив! Скотина! — заорал Сергей, глядя как дядьки оцепляют забор и начинают неторопливо и изящно через него перемахивать.