Он судорожно вздохнул, как вздыхают после долгого плача. Боль в груди перестала жечь, стала тупой и саднящей.

— Вы сейчас отправитесь домой? — деликатно спросил дознаватель.

— Да, — просто ответил Чарли Хубер, — если я вам больше не нужен.

Он слабо пожал протянутую ему руку и вышел из кабинета.

Он ехал в своем автомобиле по пустынным ночным улицам и не думал ни о чем. Он слушал воющий плач Кики, который теперь не оставлял его ни на минуту. Порой ему казалось, что он сам и есть этот плач, и тогда он останавливал машину и некоторое время сидел неподвижно, уронив голову на грудь.

Он подъехал к особняку, вышел из машины и впервые за весь этот долгий и страшный день закурил. Полная луна освещала выложенную плиткой дорожку, ведущую через сад к дому. Окна особняка были черны.

«Там эта тварь… Энвольтант, — вяло подумал Хубер. — Куда его теперь девать? Кстати, это улика… Надо проконсультироваться с Алваром… Он, наверно, и возьмет свой товар обратно… Недаром он не дал никаких инструкций по поводу того, как безопасно скармливать этой твари кусочки мяса… Да, надо чем-то накормить и Кики. А чем? Этим всегда занималась Беллатрикс…»

Подойдя к дому, он выбросил сигарету, открыл дверь и шагнул в холл.

То, что он увидел, заставило его застыть на месте.

В ярком желтом свете луны, льющемся из окна, он увидел Кики. Она стояла у основания лестницы к нему задом, ее худенькая спинка сотрясалась мелкой дрожью, хохолок на голове стоял торчком. Она глухо рычала, но в этом едва слышном рыке было столько ярости и злобы, что он сделал бы честь любому здоровому псу.

Над ее головой из нижних ступенек лестницы вырастал фантом — мрачная клубящаяся копия разъяренной собачонки. На «морде» фантома тускло светились две багровые точки…

Хубер замер на полушаге, с приподнятой ногой.

Но было поздно, потому что он уже вошел, сделал шаг. Он мгновенно оценил это: было поздно. Он только не успел сообразить, кто, зачем и каким образом отключил защитное поле куба с энвольтантом…

Все снова — как и в момент смерти Беллатрикс — стало происходить для Хубера очень медленно. Он медленно, как в тягучем сне, пытался как можно скорее перенести вес тела назад, чтобы оттолкнуться обеими ногами от пола и прыгнуть за дверь, и видел, как Кики поворачивает к нему свою острую мордочку. Он медленно, очень медленно сгибал ноги в коленях и видел, как фантом тронулся с места и поплыл над собачонкой к нему. Он медленно поднимал руки к груди, защищаясь от нападения, — как Беллатрикс, как два часа назад на том же месте это делала Беллатрикс! — и видел, как оскалилась Кики и как ее глазки-бусинки сверкнули в лунном свете злобным торжеством. Он хотел бы подумать об этом, об этой странной гримасе собачонки, о выражении ее глаз, но ему не было дано ни секунды, уже не было времени, у него совсем не было времени ни для чего — потому что два страшных огня в окружении клубящегося тумана надвигались и делали это теперь с такой скоростью, которая не оставляла надежды на спасение.

Кики визгливо взлаяла.

«Отомщена!» — высверкнуло в голове, и это была его последняя мысль. Фантом стремительно надвинулся, все заволокло удушливой чернотой.

В следующее мгновение сердце Чарли Рэта Хубера с нечеловеческой силой сжала ледяная рука, и он замертво упал на порог своего дома.

* * *

— Ну, вот и все, дело почти сделано, — сказал Дик Алвар и передал планшетный видеоприемник молодому охраннику, который днем внес в его кабинет стеклянный куб с энвольтантом. Охранник посмотрел на прибор — на его экране застыл стоп-кадр: распростертое на полу тело крупного мужчины и стоящая над ним маленькая собачка, из породы декоративных.

Глава частного детективного агентства и его подчиненный сидели в автомобиле, притершемся к тротуару в ста метрах от особняка Чарли Хубера. Дик Алвар опустил руки на руль и задумчиво посмотрел вдоль пустой улицы. Его белые зрачки бесстрастно отразили синий свет фонарей.

— Теперь надо забрать из особняка энвольтанта и устройства слежения, — сказал он. — Это будет ваше первое ответственное задание, стажер.

— Есть, сэр, — с готовностью ответил молодой охранник.

— Технику скрытого проникновения в чужое жилище и уничтожения следов пребывания в нем вы освоили неплохо. То же самое касается и навыков владения аппаратурой. Так что проблем быть не должно.

Молодой человек согласно кивнул, немного помялся и спросил:

— Мистер Алвар, я не знаю всех деталей дела, и это понятно, стажеру не положено… Но мне хотелось бы знать… Мистер Хубер покупал у нас энвольтанта с целью убийства своей жены. Почему же дело кончилось…

— Утром вы слышали весь наш разговор с ныне покойным мистером Хубером, — прервал его Дик Алвар. — Я ему сказал, что устройства слежения уже сняты. Как вы думаете, почему?

— Вы солгали, сэр, чтобы…

— Я никогда не лгу клиенту, стажер! — резко сказал детектив. — И это, кстати, должно стать принципом вашей работы! Ясно?

— Так точно! — поспешил заверить обескураженный охранник.

— Теперь ответьте на мой вопрос с учетом того, что вы только что услышали.

Молодой человек долго размышлял, но не сумел прийти к правильному умозаключению.

— Я не могу ответить, сэр.

— То, за чем вы сейчас пойдете, — не его аппаратура, Джонни, мальчик, — пренебрежительно-ласково молвил Дик Алвар. — Видеокамеры и телефонные прослушки, которые работали в особняке Чарли Рэта Хубера, перестали работать для него. Его заказ был выполнен, мы предоставили ему всю информацию, которую он хотел получить. Как только он просмотрел наши записи, он перестал быть нашим клиентом. Для него аппаратура агентства уже не существовала, условно она была снята. И тем не менее она осталась в его доме. Почему?