— То, что он инвалид, мне известно, — сказал частный сыщик.

Кирюхин уже знал об этой новости от Захара Орехова, который полчаса назад ему позвонил. Сыщик поручил Захару на месте провести частное расследование.

— Я направил туда оперативников, — продолжил подполковник полиции, — они обнаружили в садовой беседке пьяного охранника Туликова. Оказалось, вечером он выпил спиртное и уснул. Он не помнит, откуда у него взялась водка. В остатках содержимого бутылки эксперты обнаружили клофелин, который в сочетании с алкоголем ускоряет опьянение и усыпляет. Тупиков оказался крепким, поэтому для него это не закончилось летальным исходом.

— Если Казимира похитили, то должны были остаться какие-то следы в доме, — предположил Кирюхин.

— Ничего подозрительного не обнаружено, — сказал Щербаков. — Мне кажется, это инсценировка. Вероятно, ему стало известно, что мы подозреваем его, поскольку проводим предварительную проверку гибели его жены и тестя. У него не выдержали нервы, и он мог уехать на родину. Там мы вряд ли его достанем.

— Тогда не понимаю, зачем было Ядвиге поднимать тревогу раньше времени? Насколько мне известно, он ей безгранично доверяет. Она живет с ним давно, воспитывала его дочь, ухаживала за ним и вела хозяйство. Ядвига стала членом семьи и была в курсе всех дел.

— А может быть, она прекрасная актриса и с ним в сговоре.? — возразил Щербаков.

— Не вижу логики. После ее заявления вы сразу же дали ориентировку на его розыск. А ведь Пуришкевич мог и не успеть пересечь границу.

— Почему ты так думаешь?

— Да потому что я видел его вчера вечером. А Ядвига сообщила о его исчезновении сегодня утром. В его распоряжении одна ночь. Этого слишком мало.

— Ну почему же. Если все заранее подготовлено, то можно успеть, — сказал подполковник.

— Думаю, его все же похитили, но прежде подпоили охранника, чтобы не мешал, — предположил частный сыщик.

— Но с какой целью, да и кому он нужен? О его окружении мы ничего не знаем.

— Наверное, он кому-то мешал, — ответил Кирюхин. — Нужно разбираться.

— Мы этим как раз занимаемся, — заключил Щербаков, и связь прекратилась.

В полдень Кирюхин вновь позвонил Орехову:

— Что новенького?

— В Знаменском я нашел человека, который вывел меня на след.

— Кто он?

— Григорий Панов — владелец автомастерской. Тупиков его сосед, и в свободное время у него подрабатывает. В мастерской я нашел точно такую же бутылку, как та, которую криминалисты изъяли у Туликова, — сообщил Орехов. — Вчера к Григорию Панову приезжал родной брат Аркадий Панов с дружком, чтобы провести диагностику автомобиля. Но, я думаю, это был лишь повод. За работу он рассчитался водкой. Тупиков спешил на дежурство. Аркадий вызвался довезти его до места. Похоже, что именно он угостил охранника отравленной водкой.

— Это вполне вероятно, — сказал Кирюхин и отключил связь.

Элитный отель «Шехерезада» как временное жилище Светлану Никольскую вполне устраивал. Был полдень, и она, накрыв небольшой стол, ждала гостя сидя в кресле.

На ней было шифоновое платье цвета сирени, с глубоким вырезом, достаточным, чтобы показать ложбинку между грудей, и > внушительное ожерелье из натурального жемчуга.

— Привет, Федор, — пропела она, когда в дверях появился Лукашин, и вышла ему навстречу. — Я рада, что ты пришел.

Мужчина восторженно смотрел на девушку, потом обнял и поцеловал.

— В этом платье ты очаровательна и чудесно выглядишь.

— Благодарю за комплимент. Прошу к столу.

На столе стояла бутылка сухого вина и десерт.

— Разреши, я поухаживаю, — сказал он и наполнил вином бокалы.

Они выпили.

— Очень вкусно, — вымолвил он и, приблизившись к ней, обнял.

— Не торопись, дорогой.

— Когда вижу тебя, я забываю обо всем, — произнес он, не зная о том, что каждое слово, сказанное в этом помещении, прослушивается через микрофон, вмонтированный в стол.

Светлана подняла брови, и он прочитал в ее зеленых глазах горячее желание. Его охватила волна страсти, и он принялся неумело раздевать девушку. Но она в несколько секунд сбросила с себя платье и освободилась от ожерелья.

Он отнес ее на кровать и начал пылко целовать.

— Я еще никогда не желал девушку так сильно.

Ее покорность подстегнула его страсть. Она рассмеялась, встряхнула головой, и веселые чертики заплясали в ее изумрудных глазах. Светлана была просто смята его напором, ничего подобного она не испытывала в своей короткой жизни.