— Ой, ну что вы! Мне жутко интересно! — жарко заверяю я, а потом кошусь на коробку с куклой. — Значит, эта силиконовая леди не для вас? — спрашиваю, делая вид, что не слышала его телефонного разговора.

— Не в этот раз, — лукаво улыбается Руслан. — Я еще не настолько разочаровался в живых женщинах, — иронизирует он.

Идеальный! Идеальный мужчина с тонким чувством юмора! В голове проносятся слова Анюты: «Главное в мужчине — чувство юмора. А если он еще богат, свободен и не извращенец, то вообще уникальный экземпляр! Таких упускать нельзя!!!».

Так, что мы имеем?!

Руслан — не извращенец и с чувством юмора. Насчет обеспеченности тоже сомневаться не приходится. Осталось узнать про самый щекотливый и важный факт из его биографии, который не давал мне покоя.

— Наверно, ваша девушка не одобрила бы такую покупку? — прячу глаза и нервно кусаю губы в ожидании ответа.

У меня даже сердце замирает! Если сейчас окажется, что он несвободен, я прямо на месте умру!

— На данный момент я не в отношениях, — констатирует Руслан, а я не могу удержаться от счастливой улыбки, — но я не против, если моя партнерша будет готова к разному роду экспериментам. Если вдруг нам обоим этого захочется, — уточняет, наградив меня многозначительным взглядом, который я бы перевела, как «если вы понимаете, о чем я».

Эм. Улыбка сползает с моего лица, а вот бордовой краски на нем явно добавляется.

— Я вас понимаю, — тараторю смущенно, — я вот вообще не против. Тоже… Вообще! Обожаю эксперименты… Поэтому и работаю тут, чтобы в курсе экспериментов быть… Чуть что новое привезут — сразу пробую. Это вообще моя святая обязанность как консультанта. Надо же потом людям рассказать… Кхм, — откашливаюсь, уставившись на куклу, потому что лукавый, будто видящий меня насквозь взгляд Руслана становится очень тяжело выдерживать. — Кстати! — перевожу тему, — может, вам бы стоило взять даму подешевле? Ну раз это просто шутка. Такие деньги! Нерационально же, — предлагаю.

Я понимаю, что у богатых и шутки, и подарки соответствующие, но семьдесят косарей у меня до сих пор поперек горла стоят. Будто свои родимые отдала. Жалко! Вот были бы мы вместе, я бы костьми на кассе легла, но не дала так потратиться.

Руслан улыбается шире, наблюдая за мной, но тут его телефон требовательно пиликает, и он ныряет в него, так ничего и не ответив, а через секунду сует трубку в карман джинсов.

— Анна, — обращается ко мне, — как я понял, эта дверь с секретом. Но все же решение, как ее открыть, существует. Поможете? — кивает подбородком на металлическую махину.

Кошусь на нее как на крапиву, и почему-то не хочу, чтобы она открывалась. Не хочу и все.

— Конечно, — отзываюсь кисло и подхожу к двери.

— Давайте вы будете ее толкать, а я замок покручу. Только по моей команде, — предупреждает.

Я киваю и обхожу Руслана со спины. Встаю рядом. Настолько близко, что мое плечо касается его руки немного выше локтя. Этот невинный контакт натягивает мое тело до состояния тугой проволоки. Нос забивает мандариновый аромат, и мне приходится встряхнуть головой, чтобы расслышать вопрос:

— Готовы?

— Да, — отвечаю.

— На счет три… Раз, два, три!

Я толкаю чертову дверь со всей дури. Руслан сражается с замком, но все наши потуги бессмысленны — дверь встала намертво.

— Еще раз! — подбадривает мужчина, и я со стоном усилия давлю на дверь всем своим малогабаритным телом.

— Зараза, — ругается Руслан, саданув по металлическому полотну ладонью.

Разворачивается и утыкается в него затылком, тяжело дыша.

Я делаю то же самое.

Когда поворачиваю голову к своему идеалу, щеки взрываются — Руслан смотрит на меня.

Очерчивает круг моего лица и задерживает взгляд на губах, отчего бессознательно их облизываю. Он наблюдает за этим непроизвольным действием, и я вижу, как дергается его кадык.

Сглотнув, Руслан резко отворачивается и хрипловато спрашивает:

— Ваша… кхм… ответственная начальница не ответила?

Промаргиваюсь, выныривая из опутавшего меня смятения. Торопливо лезу в карман за телефоном. Анюта так и не просмотрела мои сообщения, и мне приходится виновато поджать губы и покачать головой.

Усмехнувшись, Руслан прикрывает глаза, а потом сползает по поверхности двери и усаживается на корточки.

— Однажды совсем мелким я закрылся на балконе, — неожиданно произносит он. Тембр его голоса очень низкий, вкрадчивые интонации шевелят волосы у меня на затылке. — Моя мать возилась на кухне, пока я должен был спать. А я не спал. Мне всегда было интересно, что находится в большом коричневом чемодане. Он стоял на лоджии, но им никто и никогда не пользовался. И вот, пока мать не видела, я проник на балкон. Пластиковая ручка каким-то образом повернулась, и я остался запертым изнутри.