Шрифт:
– Я принесу.
Вызвалась, понимая, что от меня никакого толку нет.
Мужчина вместо лампы работает, Вера – жизнь спасает.
А я бесполезная сейчас, только поручения могу выполнять.
Бросилась в ванную. Вслепую было неудобно ориентироваться, никак в ванной не могла различить чистые полотенца. Вдруг ими пользовался кто-то из гостей?
Тогда, наверное, такие нельзя.
Новые полотенца мама внизу хранила, в прачечной. Там свежие вещи стопочками разложены. Но она – в подвале.
Снова тот же путь по лестнице, куда увереннее. Но возле двери затормозила. В подвал ведёт хлипкая лестница, с которой и со светом упасть можно.
Я вспомнила о телефоне, к нему двинулась.
Не хочу со сломанной шеей лежать.
Дрожащими пальцами взяла мобильник, разблокировала, ища нужное приложение.
Едва не выронила из пальцев, когда за спиной голос раздался:
– Хреново, Надь.
Я не успела обернуться, как меня в комод вжали.
Хаз провёл пальцами по моим рукам, грубо вырвал телефон, отправляя его в стену.
Я вскрикнула от неожиданности, сжимаясь.
Сердце бешено колотилось в груди, когда Нил дёрнул меня за волосы на себя.
Ладонь на мою грудь опустил, впечатывая в своё тело.
– Х*евое решение, куколка. Я не люблю, когда со мной играют.
– Я... Фонарик, - выпалила, надеясь всё объяснить. – Мне нужно в подвал...
– В подвал ты позже пойдёшь, - пообещал, но от его тона у меня дыхание перехватило. – Когда я с тобой наиграюсь.
– Нил...
– оборвалась, слыша как лязгает пряжка ремня за спиной.
Звякнула.
А у меня сердце вниз упало.
– Подожди…
– Заткнись. Хватит ломаться. Я же не первый? Я сейчас возьму то, что ты мне так щедро обещала.
Глава 29
Что-то изменилось.
Он и до этого не церемонился со мной, наводил страх.
Но сейчас…
Его голос грубый, как и движения, он держит меня так крепко, словно пристрелит, если я дернусь.
А я не могу подчиниться, он меня пугает до одури.
– Вера просила воду и полотенца…- пробормотала. И изо всех сил вырвалась, выкрутилась из его рук.
Шлепнулась на пол. И ползком, натыкаясь в темноте на мебель, удрала, по холлу до коридора, оттуда в ванную, с грохотом захлопнула за собой дверь.
Боже.
Надо было тихонько, чтобы Хаз не услышал, в темноте можно спрятаться…
Темнота меня не спасет.
Черт возьми. Скрываться не выход, мы с ним в одном доме и, кажется, что от этого человека не сбежать, даже будь мы в разных галактиках.
Машинально, наощупь нашла пустой таз. Повернула кран.
Горячая вода хлещет, барабанит по пластику, я стою в кромешной тьме ванной.
И молюсь.
Секунда, вторая, третья – и дверь сотрясло от удара.
–- Ты охренела, куколка? – прозвучал по ту сторону почти спокойный вопрос.
А потом – бах.
Он выстрелил в замок.
Взвизгнула и отскочила в сторону, налетела на душевую кабину.
Дверь с грохотом ударила в стену, в ванную шагнул Хаз. Этот зверь будто в темноте видит, он схватил меня за руку и дернул на себя.
Задела раковину, и таз опрокинулся, нам под ноги рухнул водопад горячей воды.
Мне в грудь ткнулось горячее после выстрела дуло пистолета, оно кожу обожгло сквозь тонкую ткань платья.
Пахнет порохом.
– Больно, - всхлипнула.
Хаз убрал пистолет. Его пальцы сжались на моей челюсти, он притянул к себе. В губы мне выдохнул:
– Я говорил не играть со мной? Еще немного – и решу, что ты дура, Надя.
Звякает расстегнутая пряжка ремня, шумит вода, и на нас летят брызги. От раковины пар поднимается, он воздух заполняет, мне нечем дышать.
– Что тут у вас? – прозвучал из коридора тревожный голос Вадима. И на нас упал свет фонарика. – Почему стреляли?
– Оставь нас, - бросил ему Хаз. – Стой, - он обернулся. – Вадим, воду забери.
Он держит меня за шею, не давая отстраниться. На него падает свет, я вижу его черные глаза и щетину, полные приоткрытые губы.
Из которых вылетают только угрозы расправы.
Вадим набирает воду и чертыхается, скользит по лужам на полу.
– Нахрена разлили-то? – спросил средний Хазов. Зажал телефон зубами. И с тазом в руках задом вышел из ванной. Сказал что-то неразборчивое про гостей.