Шрифт:
– Не советую тебе, пташка, играть, – шепчет Барс. Голос низкий, хриплый. От него холод по спине. – Сейчас я тебе шанс даю – выжить. Но решишь поиграть в беглянку, умницу или героя – я тоже поиграю. Только у меня игры жёсткие. С кляпом, с верёвкой. С тобой на коленях. Сечёшь?
– Да, да, конечно, – лепечу. – Вернусь потом. Ага.
Мне всё равно, что он прикажет потом. Сейчас я хоть целый секс-тур пообещать готова, лишь бы уйти.
А потом в какой-то деревеньке спрячусь. Буду коров доить и старичкам читать надписи на этикетках.
– Выведи, – кивает Барс охраннику. – И проследи, чтоб убралась подальше.
– Будет сделано, – коротко кивает охранник.
– И дверь не закрывай. Соберусь – выйду. Дальше сам решу.
Меня хватают за плечо. Крепко. Пальцы впиваются в кость – охранник явно не деликатный.
Он тянет. Я спотыкаюсь, еле поспевая. Коридор встречает меня жутким эхом. Тут стрельбу слышно ещё сильнее.
Где-то вдалеке – вопли, грохот. Меня передёргивает. Я почти вжимаюсь в спину охранника.
– Почему Барс тут вообще решает? – вырывается у меня. – Он же заключённый, а не…
– Лучше не задавай левых вопросов, – рявкает охранник. – За них перед Барсом потом отвечать придётся.
– Но…
– Ты реально не сильно умная?
– Я просто ничего не понимаю!
– Единственное, что тебе надо понимать, это что с Барсом шутки плохо. Он настоящий псих. Он не тормозит. Ему плевать, кто перед ним. Пацан, баба, мент, священник. Если захочет – пустит на фарш, и глазом не моргнёт. Если он тебя выбрал, то теперь твоя жизнь принадлежит ему. Тебе остаётся только подчиняться. Шаришь?
– А если…
– Без «если». Барс ошибок не прощает.
Предупреждает охранник, вытаскивая меня на улицу. Солнечный свет слепит глаза, а по коже бегут мурашки.
Желудок скручивает тугим узлом. Потому что мне кажется, ошибки – это моё призвание.
И первым делом, оказавшись дома, я подготовлюсь к новому побегу.
Глава 7
Я врушка.
Потому что, оказавшись дома, я не думаю ни о каком побеге. Я не строю планов. Не рою тоннели ложкой и не шью себе поддельные документы.
Я просто сползаю на тумбочку в прихожей. И сижу, не желая двигаться.
Мозги гудят. Глаза щиплет. Всё тело ломит, словно я пробежала марафон, а потом ещё в боксе участвовала.
Я дома. Живая. А внутри будто пустота. И в то же время – переизбыток эмоций.
Наваливается всё, что я пережила за день. Похищения, камера, Барс в одном полотенце, стрельба…
Как я не сошла с ума? Хотя, мне кажется, я чуток шизанулась на фоне ужаса.
До этого лопатками я никому не угрожала! Это всё Барс на меня плохо влияет.
Я провожу ладонью по лицу. Пальцы дрожат. Кожа холодная, липкая от страха.
Я должна собраться. Трезво думать. Что делать дальше? Как выбраться из этого?
Первое – забаррикадироваться.
Второе – найти на кухне все лопатки« И силиконовые. И деревянные. И вот ту, что была подарком от бабушки, с цветочками.
Устрою из них коллекцию. Боевой арсенал имени поварёнка-Рэмбо.
Третье – научиться метать вилки как сюрикены. Может, на ютубе есть мастер-классы.
Я хихикаю, в какой-то мере даже наслаждаясь своим безумием. Но, хотя бы, это помогает немного сбросить стресс.
А что ещё мне остаётся? Плакать? Кричать? Биться головой об стену?
Я подскакиваю. Словно в меня вкололи адреналин. Ступни липнут к полу, сердце колотится.
Надо собраться, думать трезво. Рационально. Адекватно. Как взрослый человек.
Куда жалуются на такое?!
В полицию, да? Да! Нужно звонить тому следователю, который вёл дело. Тот, кому я рассказывала, как Тарнаев напал.
Он был вежливый. Кажется. Или просто не угрожал сексом через кляп – уже плюс.
Надо позвонить и сказать, что… Что меня только что держали в камере с бандитом Тарнаевым! Да!
А потом… А потом что? Как вообще это происходит? И поможет ли?
Ведь меня даже не позвали в суд. Ни повестки, ни звонка, ни «добрый день, мы тут ваше дело рассматриваем».
Я вообще не знала, что Тарнаева уже посадили. Кто-нибудь вообще обычно сообщает такие вещи?!
Разве так можно? Без свидетеля, который заявление и подал? Без очной ставки?
Без драматической сцены в зале суда, где я с надрывом в голосе указываю пальцем на подонка и говорю: «Это он!»?
У меня голова идёт кругом. Я вообще не понимаю, как это работает.