«Так я и хочу, чтобы обо мне так и думали, — хмыкнул я в ответ. — А ты будь начеку. Хрен его знает, этого Ибрагима. Сам по себе человек, или на бандитов работает».

Мы вышли из общежития и направились к главным воротам, где нас ждали Луиза с Шакшамом. Предъявили бейджи охраннику, и тот, сверив наши физиономии с фотографиями на пластике, предупредил:

— После десяти вечера никого пропускать не будем. Не задерживайтесь в городе, а то будете на скамейке ночевать.

Ага, ты это скажи княжичу Голицыну. Завтра же работать здесь не будешь. С другими подобный фокус прокатит, но против аристо, имеющих огромное влияние на все социальные группы Империи, лучше не играть. Другой вопрос, нужно ли самим аристократам возиться с «частниками». Для разрешения подобных конфликтов существуют Слуги.

Как только мы оказались на улице, к нам с тихим шелестом подкатил микроавтобус. Не задерживаясь, нырнули в салон. Фил поздоровался, в первую очередь, со мной. Луизе отвесил неуклюжий комплимент, на что девушка только фыркнула. Ваньку новый личник знал, а вот Шакшама пришлось представить. Мало ли, вдруг нам всем придётся в команде долгое время работать.

— Куда едем? — обернувшись, спросил Арсен.

— Сначала в Ханскую Рощу, с шашлычником поговорить надо, — ответил я.

Личник кивнул, развернул машину прямо перед университетскими воротами и поехал вдоль набережной. Домчались до парка быстро. Движение на окраине города было небольшим, да и удачно в «зелёный поток» попали. По дамбе перебрались на остров Буян и припарковались в знакомом уже месте. К Ибрагиму решили идти всей командой.

Пусть ещё осень не отдала своих позиций, но в парке практически не было праздно разгуливающих людей. В основном, попадались служащие: дворники, столяры, садовники. Большинство павильонов и лавок уже закрылись до следующей весны. Но запах шашлыка на морозном воздухе ощущался столь явственно, что мы, как по ниточке, потянулись за ним.

Показалась знакомая беседка с куполом, стилизованным под шатёр. На том же самом месте, что и в прошлый раз, стоял фургон-развозчик с открытым окном. В беседке сидели трое мужчин и неторопливо попивали вино из стаканчиков, закусывая шашлыком. Одеты прилично, не заросшие абреки, хотя у одного бородка есть, но ухоженная. Увидев нас, на какое-то мгновение перестали разговаривать, проследив взглядами. Кажется, их заинтересовала Луиза. В том плане, что она делает в мужской компании. Рыжая проигнорировала их, и первая присела за самый дальний столик, за которым могла разместиться вся наша команда.

Холодный и временами порывистый ветер с реки шевелил густые кроны сосен. Было совсем некомфортно сидеть в открытой беседке, но мы стоически ждали момента, когда появится шанс поговорить с Ибрагимом. Вряд ли он станет откровенничать при посторонних.

— Вах, знакомые лица! — шашлычник подошёл к нам, вытирая руки полотенцем, перекинутым через плечо. — Я рад, что вы снова заглянули к Ибрагиму! Да так удачно! Только-только новую порцию на угли поставил!

— Привет, Ибрагим! — вежливо поздоровался я. — Да мы пока сюда шли, слюнями изошли!

На такую лесть мужчина только ухмыльнулся, а может, это у него считалось улыбкой.

— А зимой вы здесь работаете? — полюбопытствовал Ванька.

— Я разве похож на глупца клиентов на морозе держать? — Ибрагим зыркнул на Луизу, скрывшую лицо под капюшоном. Видать, пытался сообразить, зачем мы упорно приходим сюда с девушками. — Ещё неделю поработаю, а потом переберусь к брату в ресторан. На Вальковой набережной, знаете?

— «Восточный гурман»? — поинтересовался Арсен.

— Да, уважаемый, — кивнул шашлычник. — Будете в тех местах, обязательно загляните. Не пожалеете.

Он кивнул нам и отошёл к мангалу, а мы стали обсуждать дальнейший план. Луиза как будто из медитации вышла, оглядела нас и сказала:

— За последний месяц исчезло уже четыре девушки возрастом от шестнадцати до двадцати лет. С Веселиной и Катей — получается шесть.

— Откуда информация? — поинтересовался Шакшам.

— Просмотрела архивы городских новостей, — не стала раскрывать свои источники рыжая. Я был уверен, что сейчас она прошерстила полицейскую базу, а не новостные каналы. Вряд ли похищения девушек освещаются столь открыто. Это бы вызвало панику среди населения, что градоначальнику и полиции невыгодно. Лучше решить вопрос тишком, чтобы до столицы не дошло, какие безобразия в Уральске творятся.

— Их не нашли? — спросил Ванька.

— Ни одну, к сожалению, — качнула голова Луиза. — Но и среди мёртвых они тоже не числятся. Значит, до сих пор их прячут в надёжном месте. Это очень плохо. Если полиция с помощью агентов не может вычислить убежище контрабандистов, вряд ли и у нас что-то получится.

— Не будем заранее сдаваться, — мудро заявил Шакшам. — Надо с местными босяками поговорить.

— Плохой вариант, — осадил его Арсен. — Как только станет известно, что кто-то усиленно интересуется лёжкой Нарбека и пропавшими девушками, ему недолго жить останется.

Говорили мы вполголоса, чтобы троица попивающих вино мужчин не расслышала, о чём идёт разговор. А они, кажется, и не собирались уходить, увлёкшись хмельным. Ибрагим при них не станет откровенничать. Ну а на что я рассчитывал, идя сюда? Кто будет вываливать на голову незнакомцам информацию, всерьёз опасаясь мести бандитов? Шашлычнику приходится соприкасаться с криминальными личностями если и не добровольно, то по необходимости. Возможно, он является неким промежуточным звеном, кем-то вроде связного. Начни мы его спрашивать о Нарбеке, где гарантия, что он не предупредит контрабандиста?