— Почему простая? — Луиза выдернула из ножен, притянутых ремешками к левому бедру, нож и бросила его мне. — Бой на клинках. Только не на таких, как твои жуткие сабли.

К своему облегчению я сумел поймать нож за рукоять (возможно, помогли рефлексы Субботина), покрутил его, разглядывая широкое матовое лезвие, сужающееся к концу острым, как зуб ядовитой змеи, жалом.

«Пока не вмешивайся, — предупредил я майора, выходя на середину зала. — Сам попробую».

«Сам так сам, — не стал спорить тёзка. — С удовольствием погляжу на представление».

Луиза встала напротив меня и крикнула Варягу:

— Мастер, побудете нашим судьёй?

— Охотно, — отлип от стены Варяг и подошёл к нам поближе. — Какие правила?

— До двух побед, — Луиза подмигнула мне, убавив яркое свечение имплантов. — Но Михаил не должен использовать Стихийный доспех.

— Это противоречит правилу безопасности членов семьи Дружининых, — предупредил Варяг.

— Но я не могу ставить доспех, — мило улыбнулась рыжая и резким движением вывернула кисть, чтобы ударить меня рукоятью ножа. — Клянусь бить только так. Но это будет считаться моей победой. Михаил может не имитировать удар. Разрешаю.

Варяг колебался. Историю Луизы он знал. Абы кого Александр Егорович не станет приближать к своей семье, но сомнения оставались. Передо мной стояла опасная штучка с боевым ножом, и кто знает, как поведёт себя человек, прошедший двойное воскрешение. Всякое бывает…

— Согласен, — кивнул Мастер и отошёл подальше от нас. — Бой!

Мы закружились, готовые в любой момент взорваться каскадом обманных финтов и нанести быстрое поражение противнику. Варяг и Ильяс всегда напоминали бойцам, что ножевой бой — это не красивые па на паркете, а правильный выбор позиции, молниеносная и смертельная атака. То же самое сказал и Субботин перед началом схватки. Но от его слов легче не стало. Луиза с бесстрастным лицом просчитывала все мои движения, и сама изредка пробовала нанести удар, когда я слишком увлекался нападением.

Нож рыжей девицы со свистом пролетел в считанных миллиметрах от груди, едва не вспоров костюм. Сердце от испуга ёкнуло, рука с силой сжала рукоять ножа — и вдруг клинок покрылся всполохами магического огня, две миниатюрные розы расцвели на кончике и тут же стали осыпаться лепестками. Луиза ахнула от удивления и едва не пропустила тычок лезвия в живот. Она выгнулась в обратную сторону, избежав ранения, и тут же кувырком ушла в сторону. Вскочила на ноги и сразу же выставила перед собой нож.

Хм, как интересно. Ведь бытует твёрдое убеждение, что только личный клинок может генерировать магическую энергию, а чужое холодное оружие к проявлениям Стихийного Дара безучастно. Нельзя влить в железо, не прошедшее соединение с Оком Ра, свою Стихию. А у меня уже второй раз получается сотворить подобное. Сначала ритуальный нож в Алтарном зале Татищевых, теперь — клинок Луизы.

Спонтанный выплеск Стихии на какой-то миг отвлёк меня, отчего рука рыжей бестии мелькнула распрямлённой пружиной и врезалась мне под левый сосок. Сжатая рукоять ножа замерла, фиксируя удар.

— Один-ноль. Госпожа Ирмер ведёт, — спокойно констатировал Варяг. Неужели его не заинтересовала проявившаяся у меня способность влиять на чужое оружие?

— Симпатичные розочки, — губы Луизы дрогнули в улыбке. — Почему не ударил меня? Ты же был готов к атаке.

— Так нечестно, — брякнул я. — Да и применять Стихийный элемент в атаке против незащищённого соперника в учебном бою запрещено.

— Ну, подумаешь, — пожала плечами девушка. — Зато отработал бы в реальных боевых условиях удар. И прекрати играть в благородство. Давай, включай свой запасной ресурс. Мне интересен настоящий бой.

Я отошёл на несколько шагов и наклонил голову, делая вид, что проверяю свою экипировку, а на самом деле скрывая от Луизы момент перехода контроля тела под управление Субботина.

«Ну-с, повоюем? — довольным голосом поинтересовался майор. — Девица шустрая, но техника слабовата. Не работают с ней почему-то. Это упущение».

Я дождался, когда мутноватая пелена уйдёт из глаз и кивком подтвердил готовность к бою. И ощутил, как кисти моих рук стали гибкими, мышцы налились упругостью, движения стали мягкими и плавными. Наверное, Луиза сразу почувствовала метаморфозу, произошедшую с моим телом. Взгляд её стал острым, пронзительным и оценивающим.

Луиза в каких-то компонентах не уступала майору, но я чувствовал, что его опыт владения холодным оружием намного превосходит технику рыжей. Через пару минут она уже только отбивалась, закусив губу от усердия и отчаяния. Продержалась ещё немного, выгадав только возможность поучиться некоторым финтам. Я рукой Субботина нанёс девушке лёгкий удар рукоятью ножа в левый бок. Луиза расстроилась и замерла на месте, тяжело дыша. Обтянутая плотной тканью грудь вздымалась, неосознанно привлекая моё внимание.