— А родные ваши? — спросил я. — Дети, внуки? Сотрудники? Они что же, не искали вас?

Прасковья Степановна развела руками.

— А как же они нас найдут? Вавилов одним днём пришёл и весточек не оставил.

— Так что вы на родных на наших не грешите, — добавила Марфа. — Они у нас не детективы и не воины так-то.

Я кивнул. Логично.

— Да-а-а-а, — протянул я с улыбкой. — Так Вавилов вас, получается, дома схватил?

— Именно.

— Попробовал бы этот урод на вас в самом питомнике напасть. Думаю, собачки бы его быстро на место поставили.

Женщины переглянулись и как-то уж больно хитро улыбнулись друг другу.

— Разорвали бы, — хохотнула Прасковья Степановна. — Как есть разорвали.

Тут Базилевский, который за время нашего разговора в одиночку усосал весь графин и заметно повеселел, вдруг резко поднялся и хлопнул себя по колену.

— А знаете, что? Всё хорошо, что хорошо кончается! Алексей Николаевич, — мужик поклонился мне аж в пол. — Я перед вами в неоплатном долгу. Если что, обращайтесь.

— Охрану в лавке придумай.

— Придумаю, Алексей Николаевич! Сегодня же и придумаю!

На том, собственно говоря, всё и закончилось. Базилевскому настала пора вернуться в лавку и разгребать последствия налёта, а сёстрам-собачницам хотя бы предупредить своих о том, что они живы. Да и у меня дела на остаток дня непременно найдутся, так что мы начали расходиться…

Павел Андреевич Добрынин окончательно окреп в мысли о том, что ему нужно сотрудничать со Светловым. Но! Несмотря на всё, что было, Алексей Николаевич по-прежнему казался ему слишком молодым и слишком самоуверенным. А потому о сотрудничестве на равных пока что речи не шло.

Добрынин противился этой мысли и искал способы приручить парня. Искал, искал и, кажется, нашёл.

— Соедините меня с главным хранилищем, — сказал он в трубку, неспешно расхаживая по гостиничному номеру. — Ивана Егоровича попросите, скажите: «Добрынин». Да… Да… Благодарю.

Несколько минут ожидания, щелчки, помехи, и наконец в трубке раздался голос:

— Привет, Павел Андреевич. Слушаю тебя, дорогой.

— Иван Егорович, здравствуй. Вопрос у меня к тебе. Есть у нас в запасниках что-нибудь, связанное со стихией Света? Защитное, атакующее, всё равно.

— Момент…

В трубке послышался стук клавиш, а потом:

— Есть, — ответил Иван Егорович. — На самом деле много чего есть. Можешь поконкретней задачу дать? Тебе для чего?

— Кхм, — Добрынин чуть подумал, а затем решил говорить как есть: — Мне нужно что-то такое, что могло бы заинтересовать молодого дворянина. Причём дворянина при деньгах, насколько я могу судить.

— То есть то, что он не сможет купить себе самостоятельно?

— Именно.

— Подкуп? — хохотнул Иван Егорович. — Стареешь, дружище. И методы у тебя явно мягче становятся.

— И ничего я не старею, — улыбнулся Добрынин. — Просто тут ситуация… из ряда вон. Ну так что? Поможешь или нет?

— Помогу. Есть у нас в арсенале одна вещица, которая…

Ну а дальше Иван Егорович начал зачитывать характеристики артефакта. И чем дальше он читал, тем шире становилась улыбка на устах Добрынина. Есть. Кажется, есть. Если только Светлов не полный кретин, вряд ли он сможет отказаться от такой мощи.

— … но я должен предупредить, что вещица капризная, — подытожил Иван Егорович. — Не факт, что сработает у человека со слабым источником.

— О! Об этом не волнуйся.

— Тогда дело за тобой, Павел Андреевич. Прикажешь отправлять?

— Да! Везите, Иван Егорович, везите…

Суета. Бесконечная и выматывающая. Саша Комбаров стоял посреди огромного холла и смотрел, как грузчики таскают мебель, коробки, сундуки, чемоданы и замотанное в пупырчатую плёнку нечто, что не покамест не подлежало идентификации. Мать вместе с новым управляющим отправилась колесить вокруг особняка и осматривать владения, а его оставила разбираться с этим хаосом.

— Куда это? — спросил один из мужиков, похлопав по антикварному шкафу.

— В спальню, — на автомате ответил Саша.

— В какую? В вашу и в спальню вашей матушки?

— В… мою.

— А она где?

— Э-э-э… там.

— Где «там»?

Саша вздохнул и схватился за переносицу.

— Просто поднимите на второй этаж, потом решим.

— Хорошо, Александр Александрович.

Тем временем на улице происходила неразбериха куда более высокого уровня. Выглянув в окно, Саша увидел, что подъехали машины. Фуры и фургоны, которые нужно было перегнать со старой фермы, приехали вникуда. Там, на прежнем месте, у Комбаровых была организована парковка, здесь же вокруг особняка был только снег, снег и ещё что, пожалуй, снег.