Утро началось с проклятого будильника. Блин, сегодня же опять на пары пилить… Как же неохота! Стоп! А ведь я на сегодня договорился в хоспис поехать. Какие пары тогда могут быть? Ведь человеческие жизни важнее! Да и потом, людей подводить тоже не хочется. Вон какая грозная эта зав. отделением, недаром её бешенной Агнессой кличут. Да и прогулять один день — не катастрофа, нагнать успею. Правда мы и так больше недели пропустили. Блин, ну вот почему всегда вот так. Словно витязь на распутье в раскоряку… Ноги в одну сторону идут, глаза смотрят в другую, а тело тянется в третью. И как тут не разорваться?

Опять же к Максу надо с утра пораньше заехать. А оттуда уже вместе с Агнессой, как её там по отчеству-то? Не называть же Агнессой Бешевной… Нет уж, я ещё слишком молод, чтобы так глупо помирать. В общем надо будет уточнить. У Макса или у его соседей по палате, в крайнем случае у медсестры.

К Максу приехал со своим эскортом в виде охранника на его же автомобиле. Правда вначале подбросили маму на работу, а что — мне не сложно, а маме приятно. Охранник со мной в больницу не пошёл, остался в машине. Меня же в палату пропустили без препятствий, Впрочем ничего удивительного, ведь зав. отделением обещала мне свободный проход. Немного поболтал с другом ни о чём, ну не говорить же при посторонних о системе и её плюшках. Кстати, а чего я туплю-то? Что-то я в последнее время совсем расслабился и интерфейс почти не использую, ни распознаванием не пользуюсь, ни чем-то ещё, одним лечением. Ну вот разве что ещё вчера грушу поколотил… Кстати, довольно неплохо, раз у меня выросли ещё на один пункт кросс и град ударов. Но как-то это на фоне электроудара уже не внушало. Там циферки были совершенно другие. Ведь магический урон у меня сейчас в три раза больше, чем физический. Вот что означает прокачка интеллекта и магии!

Эх, а у меня ведь есть четыре нераспределенных пункта по первичным характеристикам и два по специализациям, а в последних было что-то вроде подсвечивающееся, то есть наверняка важное. Эх, знать бы что это такое было! Ну вот как мне с Максом на эту тему перетереть? Получается, что до его выхода из больницы — никак. Печально.

На выходе из палаты меня поджидала Агнесса Петровна Гильденштерн. Чёрт, даже прочитать такую фамилию тяжело, не то что запомнить!

— Привет, мой юный магический коллега. Не передумал насчёт совместного похода?

Отступать было нельзя, дети всё-таки. Поэтому только решительно помотал головой отсеивая такую возможность.

— Только вначале к отцу Макса зайдём.

— Хорошо. Давно хотела у тебя спросить, а чего ты всё время щуришься? Это как-то связано с твоими магическими силами?

Её вопрос неожиданно поставил меня в тупик: скажу нет, так больно уж в одно время я начал щуриться вместе с магией, там время расхождения составило несколько дней. Просто не поверят. А если скажу, что связано, то как именно связано? Хм, я же маг, а что у нас маги плетут? Про ауры всякие и прочую хрень. Так почему бы и нет?

— Связано напрямую. Вместе с тем, как проснулись магические силы, появилось магическое зрение. Ну как зрение. Вижу всё тоже, что и обычный человек, но при этом вижу ещё и ауры людей, но вижу я их только когда прищурюсь. В целом не скажу, что это даёт какое-то понимание людей, но всегда интересно посмотреть на кого-то, чью ауру ещё не видел. Вот и щурюсь время от времени.

— Интересные у тебя способности, словно их кто-то специально разграничил от обычных способностей человека. Не задумывался об этом?

Ну что ты ко мне привязалась? Ну, конечно, я об этом задумывался, да система и не даёт такого шанса — не думать о ней. Это же всё равно, что не думать о белой обезьяне — всё равно все мысли на неё сворачивают.

— Не знаю, как-то не было времени над этим размышлять.

К Фёдору Максимовичу нас пустили тоже без особых проблем. У него кстати очаги поражения стали чуть-чуть меньше и немного посветлее. Запусти в него одно заклинание. Жалко такой прорвы энергии, но пока доберёмся до хосписа что-то успеет восстановиться. За час у меня вообще неслабое число маны пополняется, не тысяча конечно, но семь с половиной сотен — тоже неплохо и это при общем запасе в две тысячи триста. Так себе арифметика. Мой запас целиком восстанавливается чуть больше чем за три часа. А остальное время сна просто улетает в трубу. Обидно. Столько дармовой магии и в никуда. Прямо хоть будильник ставь на каждые три часа и ночуй в больнице!

Вначале Агнесса Петровна хотела поехать на автобусе, но узнав, что у меня под попой имеется личный автомобиль с шофёром, согласилась поехать и на этом транспорте.

Добрались мы до самого страшного места в мире по словам Агнессы Петровны за сорок пять минут. В машине особо не разговаривали. Я исподтишка наблюдал за моей спутницей. По мере приближения к цели, её настроение падало и падало. Но вместе с тем, словно появлялась какая-то хмурая решимость.

— Что ты меня так разглядываешь?

— Не знаю, как объяснить. Вы словно перебарываете себя, чтобы туда зайти.

— Так и есть. Ты знаешь, в моё отделение довольно часто привозят парашютистов. Так вот, они говорят, что самый страшный прыжок — это второй. ВО время первого ты ещё не знаешь, чего ожидать, а вот второй раз заставить себя целенаправленно шагнуть в открытое небо — очень тяжело. А потом уже легче. Так вот сюда каждый раз приходить очень тяжело. И каждый новый раз совсем не легче. Каждый раз думаешь о том, кого ты сегодня из знакомых здесь не увидишь. С кем познакомишься впервые и кого из них не увидишь в следующий раз. Все эти мысли ходят по одному кругу. Это выматывает хуже некуда. Это очень тяжело и страшно. Помоги им, хоть кому-нибудь! Хотя бы одному! Пожалуйста!