Тем не менее, Ревир был недоволен. Его не осудили, но и имя его не было очищено, а Бостон полнился слухами о его «не подобающем солдату» поведении. Он потребовал военного суда. Ревир, как мне кажется, был человеком трудным. Один из его самых сочувствующих биографов признает, что именно «черты характера» Ревира ослабили его шансы получить чин в Континентальной армии. Он был сварлив, чрезвычайно щепетилен в отношении собственной репутации и склонен затевать ссоры с каждым, кто его критиковал. У него была отдельная перепалка с Джоном Хэнкоком, который, инспектируя Касл-Айленд во время отсутствия Ревира в связи с экспедицией на Пенобскот, осмелился найти недостатки в его обороне. Однако Генеральный суд не удовлетворил его просьбу о военном суде, а вместо этого вновь созвал Следственный комитет, которому теперь было поручено расследовать поведение Ревира, и решающим доказательством стал «дневник», который Ревир якобы вел при Маджабигвадусе и который, что неудивительно, представляет его образцом воинской доблести. У меня нет доказательств, что этот «дневник» был сфабрикован для расследования, но это кажется весьма вероятным. Ревир также представил множество свидетелей для опровержения обвинений против него, и его энергичная защита была в значительной степени успешной, потому что, когда комитет представил свой отчет в ноябре 1779 года, он снял с Ревира обвинение в трусости, хотя и мягко осудил его за то, что он покинул Пенобскот без приказа и за то, что он «оспаривал приказы бригадного генерала Уодсворта относительно лодки». Единственным аргументом защиты Ревира против последнего обвинения было то, что он неправильно понял приказ Уодсворта.

И все же, хотя он и был оправдан по обвинению в трусости, Ревир всё равно остался недоволен и снова подал прошение о военном суде. Этот суд наконец состоялся в 1782 году, и Ревир наконец получил то, чего хотел, полное оправдание. Возникает подозрение, что люди просто устали от всей этой истории и что в феврале 1782 года, через четыре месяца после великого триумфа мятежников при Йорктауне, никто не хотел воскрешать неприятные воспоминания об экспедиции на Пенобскот, и потому, хотя военный суд слабо пожурил Ревира за его отказ спасти экипаж шхуны, его оправдали «с той же честью, что и других офицеров», что, в данных обстоятельствах, было весьма слабой похвалой. Споры о поведении Ревира при Маджабигвадусе продолжались в ожесточенной переписке в бостонской прессе, но к 1861 году они уже были давно забыты, когда Ревир строками Лонгфелло внезапно был возведен в героический статус, которым он пользуется и по сей день. Другие проступки, такие как задержка Ревиром отплытия флота, его мелочный отказ позволить кому-либо еще использовать баржу с Касл-Айленда и его неспособность вывезти пушки с Кросс-Айленда, подтверждаются различными источниками.

Дадли Солтонстолл был уволен с флота, но сумел найти средства и вложиться в приватир «Минерва», с которым в 1781 году захватил один из самых богатых призов за всю Войну за независимость. После войны Солтонстолл владел несколькими торговыми судами, некоторые из которых использовались в том числе и для работорговли, и умер в 1796 году в возрасте пятидесяти восьми лет. Пол Ревир также преуспел после войны, открыв литейный завод и став видным бостонским промышленником. Он умер в 1818 году в возрасте восьмидесяти трех лет. Политическая карьера Соломона Ловелла не пострадала от фиаско экспедиции на Пенобскот. Он оставался членом городского совета Уэймута, Массачусетс, представителем в Генеральном суде и участвовал в разработке новой конституции штата. Он умер в 1801 году в возрасте шестидесяти девяти лет. Один из мемуаристов писал, что Соломон Ловелл был «ценим и почитаем… уважаем и пользовался доверием в советах штата… его имя передавалось из поколения в поколение». Лучшее суждение по его поводу, несомненно, вынес молодой морпех при Маджабигвадусе, который написал: «Мистер Ловелл принес бы больше пользы и выглядел бы куда более достойно на месте дьякона в деревенской церкви, чем во главе американской армии».

Капитан Генри Моуэт продолжил службу в Королевском флоте, его последним кораблем стал фрегат, на котором он и умер, вероятно, от сердечного приступа, у побережья Вирджинии в 1798 году. Он похоронен на кладбище церкви Святого Иоанна в Хэмптоне, Вирджиния. Бригадный генерал Фрэнсис Маклин вернулся на свой пост в Галифакс, Новая Шотландия, где и скончался в возрасте шестидесяти трех лет, всего через два года после успешной обороны форта Георга. Джон Мур далеко превзошел своего старого командира в славе и теперь почитается как один из величайших и самых гуманных генералов, когда-либо служивших в британской армии. Он погиб в возрасте сорока восьми лет при Ла-Корунье, так же, как и при Маджабигвадусе, ведя своих людей в бой.

В 1780 году, через год после экспедиции, Пелег Уодсворт был отправлен обратно в восточный Массачусетс в качестве командующего ополчением региона Пенобскот. Британский гарнизон в форте Георга узнал о его присутствии и выслал диверсионный отряд, который после короткого боя, в котором Уодсворт был ранен, захватил его в плен. Уодсворта заключили в форт Георга, где его жене, которой разрешили навестить мужа, сообщили о плане перевести его в тюрьму в Британии. Тогда Уодсворт и второй пленник, майор Бертон, разработали и осуществили дерзкий побег, который увенчался полным успехом, и сегодня бухта к северу от Кастина (как теперь называется Маджабигвадус) и к западу от перешейка носит имя Бухта Уодсворта. В честь места, где два беглеца нашли лодку. В конечном итоге Пелег Уодсворт осел в восточном Массачусетсе. После войны он открыл скобяную лавку и построил в Портленде дом, который можно увидеть и поныне (как и дом Пола Ревира в Бостоне), служил в сенате Массачусетса и представителем от провинции Мэн в Конгрессе США. Он стал фермером в Хайраме и был одним из лидеров движения за превращение территории Мэна в отдельный штат. Эта цель была достигнута в 1820 году. У него и его жены Элизабет было десять детей, и он скончался в 1829 году в возрасте восьмидесяти одного года. Джордж Вашингтон относился к Пелегу Уодсворту с высочайшим уважением, и одной из драгоценных семейных реликвий Уодсвортов был локон волос Вашингтона, подаренный ему первым президентом. Пелег Уодсворт, на мой взгляд, являлся истинным героем и великим человеком.

Британцы остались в Маджабигвадусе. Более того, он оказался самым последним британским форпостом, эвакуированным из Соединенных Штатов. Когда британцы ушли, многие лоялисты переехали в Новую Шотландию, некоторые вместе со своими домами, хотя, что интересно, ряд британских солдат, включая сержанта Королевской артиллерии Лоуренса, поселились в Маджабигвадусе после войны и, по всем отзывам, были тепло приняты местными. Большинство затонувших пушек с кораблей мятежников были вскоре подняты и поступили на британскую службу, что объясняет, почему памятные пушечные стволы с гербом штата Массачусетс находят порой так далеко, как, например, в Австралии. Затем, во время войны 1812 года, британцы вернулись и снова захватили Маджабигвадус, и вновь разместили в форте гарнизон, где и оставались до самого конца войны. Именно во время этой второй оккупации стены форта были укреплены каменной кладкой, а через перешеек в качестве оборонительного сооружения был прорыт Британский канал, который сейчас представляет собой болотистую канаву. Форт Георга существует и поныне, теперь это национальный памятник. Он стоит на хребте над Морской академией Мэна в Кастине и представляет собой мирное, прекрасное место. Валы по большей части заросли травой, и в Кастине ходит легенда, что в тихие ночи в старом форте можно услышать, как призрак мальчика-барабанщика бьет в свой барабан. Одна версия гласит, что призраком является британский мальчик, которого случайно заперли в пороховом погребе, когда гарнизон эвакуировался в 1784 году, другие говорят, что это американский мальчик, убитый в боях 1779 года. Самое раннее упоминание, которое я смог найти, содержится в воспоминаниях Уильяма Хатчингса, где он утверждает, что мальчик, барабанщик мятежников, был убит у батареи «Полумесяц». Есть тропинка, которая вьется вверх и вниз по утесу у Дайс-Хед (ранее известного как Дайсис-Хед), давая посетителю возможность оценить подвиг тех американцев, которые 28 июля 1779 года штурмовали и захватили эту позицию. Большой валун на пляже называется Скалой Траска в честь мальчика-флейтиста, который играл там на протяжении всего штурма. Кастин процветал в XIX веке, в основном за счет торговли лесом, и сейчас это живописный и тихий портовый городок, очень бережно относящийся к своей увлекательной истории. Во время одного из моих визитов мне рассказали, что именно Пол Ревир украл казну экспедиции. Это утверждение, не подкрепленное никакими прямыми доказательствами, но свидетельствующее о том презрении, которое некоторые жители в этой части Новой Англии испытывают к человеку, почитаемому в других местах региона.

Цитаты, предваряющие каждую главу, по возможности воспроизведены с сохранением оригинальной орфографии. Большинство этих цитат я взял из «Документальной истории штата Мэн», томов XVI и XVII, опубликованных Историческим обществом Мэна в 1910 и 1913 годах соответственно. Оба этих сборника современных документов имели огромную ценность, как и книга К. Б. Кевитта «Генерал Соломон Ловелл и экспедиция на Пенобскот», изданная в 1976 году, которая содержит описание экспедиции наряду с подборкой первоисточников. Я также использовал дневник Соломона Ловелла об экспедиции, опубликованный Историческим обществом Уэймута в 1881 году, и «Экспедицию на Пенобскот» Джона Кейфорда, изданную в частном порядке в 1976 году. Я уже упоминал бесценную книгу Джорджа Букера «Экспедиция на Пенобскот», в которой убедительно доказывается, что расследования катастрофы были частью успешного заговора Массачусетса с целью переложить как вину, так и финансовую ответственность на федеральное правительство. Без сомнения, самое живое и увлекательное описание всей экспедиции можно найти в книге Чарльза Брейслена Флада «Восстань и снова сражайся», изданной «Додд, Мид энд Компани» в 1976 году, в которой рассматриваются четыре случая катастрофических неудач мятежников на пути к независимости. Увлекательная книга Дэвида Хэкетта Фишера «Скачка Пола Ревира» (издательство Оксфордского университета, 1994) не затрагивает экспедицию 1779 года, но является превосходным путеводителем по событиям, приведшим к революции, и по влиятельной роли Пола Ревира в тот период. Читателям, интересующимся происхождением и реакцией на стихотворение Лонгфелло (которое Фишер описывает как «грубо, систематически и преднамеренно неточное»), будет бесценно его эссе «Историография» (напечатанное в конце книги). Лучшей биографией Ревира является книга «Истинный республиканец: жизнь Пола Ревира» Джейн Трибер, изданная Массачусетским университетом в Амхерсте в 1998 году. Знаменитая «Жизнь полковника Пола Ревира» Элбриджа Госса, изданная в 1891 году, скупа на биографические подробности, но содержит подробное описание экспедиции на Пенобскот. Новая биография сэра Джона Мура крайне необходима, но я нашел полезный источник в двухтомной биографии, написанной его братом, «Жизнь генерал-лейтенанта сэра Джона Мура, кавалера ордена Бани» Джеймса Каррика Мура, изданной Джоном Мюрреем в Лондоне в 1834 году. Я обнаружил много деталей о Маджабигвадусе XVIII века в великолепной «Истории Кастина, Пенобскота и Бруквилла» Джорджа Уилера, изданной в 1875 году, и в бюллетенях музея Уилсона, выпускаемых Научным обществом Кастина. Музей Уилсона на Перкинс-стрит в Кастине, безусловно, стоит посетить, как, конечно, и сам Кастин.

Я должен поблагодарить Розмари Бегли и других жителей Кастина, которые нашли время, чтобы провести меня по своему городу и рассказать о его истории; Гэрри Гейтса из моего родного города Чатема, Массачусетс, за то, что он нарисовал карту Маджабигвадуса; Шеннон Элдридж, которая прочесала огромное количество вахтенных журналов, писем и дневников, чтобы составить бесценную хронологию; Патрика Мерсера, члена парламента (и самого талантливого автора исторических романов), за щедрые советы по строевой подготовке конца XVIII века; и больше всего мою жену Джуди, которая с присущим ей изяществом терпела мою одержимость Пенобскотом.