Отряд варонбальских воинов не заставил себя долго ждать – Дарлан услышал их раньше, чем увидел. Во главе солдат шагал Чаран, а полуулыбка не сходила с его лица. Свой черный берет он не взял, поэтому наблюдать его без головного убора было непривычно. За инквизитором следовала Лисанна, ее бархатная маска оставалась на месте, вероятно, Карающая длань не пожелал раскрывать ее личность перед стражниками. Оно и понятно - вряд ли бы воины оценили некроманта рядом с собой. Девушка кивнула монетчику, как давнему приятелю. Следом шел Гленнард, его рука как обычно покоилась на рукояти меча. Старый друг задорно подмигнул. Вот уж кому явно не терпелось обагрить сталь кровью богохульников.

– Что здесь у нас? – деловито спросил Чаран, с любопытством изучая бесчувственных наемников. Вход в убежище некромантов его как будто совершенно не интересовал.

– Местные стражники, - ответил монетчик. – Вышли подождать запаздывающий дозор.

– Ах вот оно что. Не дождутся, мы отправили их души к Хиемсу, да рассудит он их по справедливости. Господин Таннет не с нами?

– Проявил благоразумие.

– Похвально. Нам сюда? – инквизитор махнул рукой в проход.

– Именно.

– Пойдете первым?

– Да, - согласился Дарлан, заканчивая короткий разговор. Он приготовил монету, обнажил меч и шагнул туда, где когда-то обитали элоквиты.

С каждым шагом монетчик убеждался, что с коридором что-то не так. Но даже его зрение мастера Монетного двора не позволяло понять в чем же дело. Сзади него зажглись факелы, тусклый свет на стенах словно совсем не помогал людям видеть. Через несколько футов пути, кто-то из воинов Варонбаля вскрикнул.

– Тишина! – Карающая длань отдал приказ голосом, который прозвучал одновременно как шепот и рев дикого зверя. – Что там?

– Стены… - голос солдата дрожал. – Я коснулся их, они…

– Что они?

– Они живые, что ли, господин инквизитор.

Стражники как по команде дружно отпрянули подальше от стен. Зашелестели клинки, извлекаемые из ножен. Кто-то стал тихо молиться, призывая Аэстас и Колума на помощь. Даже Гленнард напрягся. Лишь Лисанна вела себя как ни в чем не бывало, возможно, она знала, что опасности здесь нет, но не могла сказать об этом, не выдав себя. От Дарлана не ускользнуло, что некоторые солдаты начали пятиться к выходу. Проклятье, этого еще не хватало! Если теперь страх овладеет ими, ни к чему хорошему это не приведет. Даже самые отважные воины иногда готовы отступить перед лицом чего-то неведомого и злого, проникающего в самую душу, а эти противоестественные стены вокруг таким злом и являлись. Древним злом, сотворенным непостижимым разумом заклинателей плоти. Был бы Таннет здесь, он наверняка бы смог дать объяснение, что за ужас царил в туннеле. Что же делать? На выручку пришел Чаран.

– Пусть себе живут, нас они не тронут. – Инквизитор спокойно поднял руку, сохраняя голос ровным. Его огненный молот вновь материализовался из пустоты, как тогда в Дретвальде. Шевелящиеся стены или непонятные существа их облепившие сразу же замерли, ощутив на себе свет божественного оружия. – Со мной вам нечего бояться!

Монетчик заметил, как на лица воинов вернулась уверенность. Они узрели могущество Богов, которые были рядом. Пылающий молот в руке любимца Патриарха будто говорил им – со мной воля Аэстас, Колума и Хиемса, вы под моей защитой. Солдат, потрогавший зловещие стены, не отрывал взгляда от чудесного оружия. Если переживет их сегодняшний безумный поход, уверует еще больше, а, может, попросится в инквизиторы. Карающая длань нашел отличный способ воодушевить тех, кто пошел за ним. Повернувшись к Дарлану, Чаран широко улыбнулся. Они зашагали дальше. Иногда по бокам появлялись пустоты, которые были проходами в другие части горной крепости элоквитов. Спустя еще с пару десятков шагов впереди показалась массивная дверь. По команде инквизитора по обе стороны от монетчика встали стрелки. Их арбалеты уже были взведены. Дверь не пропускала никаких звуков. На какой-то момент, Дарлан ощутил желание подслушать с помощью эфира, о чем говорил Принц Раздора, но осадил себя. Не к чему! Направив силу к ногам, он вышиб дверь с одного удара.

Время вокруг замедлилось, и Дарлан успел осмотреть помещение, в котором они оказались. Это был просторный круглый зал с идеально ровными стенами, выкрашенными в белый. Их чистоту нарушали лишь многочисленные надписи – незнакомые символы в виде разнообразных геометрических фигур. Десятки белых колонн, инкрустированных алыми драгоценными камнями, будто поддерживали иссиня-черный куполообразный потолок, под которым в красивых лампадах горели свет-кристаллы. Черные ступенеобразные ряды сидений убегали вниз и глубь к такому же черному мраморному полу. На противоположной стороне бы еще один выход.

Под действием эфира, монетчик видел, как медленно поднимаются со своих мест и оборачиваются застигнутые врасплох некроманты и наемники. Всевышние боги, а ведь их слишком много! До того, как отряд ворвался внутрь, они сидели спиной ко входу, все их внимание было приковано в высокой фигуре в центре зала. Принц Раздора, как и рассказывала Лисанна, был весь закутан в темные одежды, а капюшон скрывал его лицо. Но когда она говорила, что он высокий, Дарлан и подумать не мог, что на столько. Таинственный принц был настоящим великаном – футов восемь, если не больше. По бокам от монетчика тренькнули арбалеты – солдаты Варонбаля не мешкали. Краем глаза, Дарлан видел, как смертоносные снаряды проплывают вперед к своей цели, но сам он не отрывал взгляда от темной фигуры. Принц Раздора не шевелился, он будто чего-то ждал. И монетчик швырнул серебряную марку.

Дарлан направил ее вдоль правой стены. Арбалетные болты еще не долетели до первого ряда медленно обнажавших клинки наемников, а его монета уже изменила траекторию и понеслась к принцу, чтобы вонзиться тому в висок. Темная фигура вдруг повернулась. Она двигалась не так, как все вокруг, она двигалась быстро – без эфира монетчик не уловил бы этого поворота. Милостивая Аэстас, это невозможно! Принц Раздора видел вращающую марку, он знал, откуда она летит. Его рука поднялась навстречу монете, а в следующий миг Принц поймал ее между большим и указательным пальцами.