Элиза захлопала в ладоши, подпрыгивая на носочках:

— О-о-о, я знаю идеального человека! Я познакомилась с ней на прошлой неделе в библиотеке.

Виски прищурился, глядя на нее, но его голос был мягким, когда он сказал:

— Значит, ты едва знаешь эту девушку?

— Я имею ввиду, я уверена, что ты проверишь ее биографию, но она работает волонтером там, — Элиза одарила его лучезарной улыбкой. — И я уже знаю, что она любит детей, потому что я видела, как она читала большой группе малышей. Я спросила, как часто она это делает, потому что это выглядело потрясающе. И теперь я знаю, что она бывает там два раза в неделю. Библиотекарь сказала, что они хотели бы предложить девушке работу на полный рабочий день, потому что детский сад, в котором она работала со второго года старшей школы, недавно закрылся, и она осталась без работы сразу после выпуска. На целый семестр раньше.

— Черт возьми, девочка, — Молли одобрительно присвистнула. — Ты узнала практически всю историю ее жизни.

Далия качала ребенка взад-вперед.

— Похоже, она была бы идеальной няней.

— Думаю, мы это выясним, — согласился Виски, когда его клиент вошел.

Когда мы направились к дому клуба, Элиза потерла ладони.

— Я готова поспорить, что она будет идеальна не только в роли няни.

— Отлично сыграно, — с тихим смехом поздравила Молли.

— Это так дико, — Далия покачала головой. — Никогда бы не подумала, что Виски в конечном итоге станет отцом-одиночкой.

— У нас тут все заводят детей, — пробормотала я, положив руку на свой все еще плоский живот.

— Боже мой, — взвизгнула Элиза. — Ты тоже беременна!

— Да, — я улыбнулась ей. — Наши сроки беременности не должны сильно отличаться, так что наши дети будут расти скорее, как родные, нежели как двоюродные.

— С тремя другими бонусными кузенами в их семье «Железных Изгоев», — добавила Молли, указывая на свой и ее сестры округлившиеся животы. — И теперь с этой малышкой тоже.

ЭПИЛОГ

ШТОРМ

— Не знаю, смогу ли я когда-нибудь находиться в этой комнате, не становясь чертовски твердым, — пробормотал я Блэйкли, когда мы вошли в комнату, которую использовали, когда останавливались у «Всадников Уэстленда». Ту самую, которую, как сказал ее отец, он никогда не займет, узнав, что Джаггер поселил ее сюда, когда мы начали встречаться. Один из проспектов перенес свое барахло в другую комнату, и эта комната была нашей, когда мы приезжали.

Щеки Блэйкли вспыхнули, и я не смог сдержать улыбки от того, какая она очаровательная. Мы вместе столько лет, столько всего говорили и делали, а она все еще краснеет, как девственница, когда речь заходит о сексе.

Я обнял ее за талию и притянул к себе, покачивая бедрами, чтобы она могла почувствовать каждый дюйм моего длинного, твердого члена.

— До вечера дети останутся со Стейси, — напомнил я, запуская руку ей под юбку. Мне чертовски нравится, когда она носит юбки и платья. — Должен ли я напомнить тебе, что я почувствовал, когда сорвал твою вишенку и сделал тебя своей?

Блэйкли застонала, и ее руки зарылись в мои волосы.

— Да, пожалуйста.

Почувствовав тонкую ниточку, поддерживающую ее трусики, я дернул за нее и сорвал их.

— Может быть, я даже сделаю так, что ты снова забеременеешь.

— Гидеон, — простонала Блэйкли. — Я все еще кормлю грудью Коби. Я….ох!

Она замолчала, когда я повалил ее на кровать и, опустившись на колени, прильнул ртом к ее влажной киске.

— Всегда такая чертовски влажная для меня, — промычал я, поедая ее так, словно она была моей последней трапезой.

Как только я довел ее до оргазма, то быстро раздел нас обоих и забрался на кровать. Я лег на спину и приподнял ее так, чтобы она сидела верхом на мне. Ее сиськи блестели от капель молока, и я облизал каждую из них, прежде чем взять одну в рот.

— Гидеон! — крикнула она, опускаясь на мой член.

— Блять! — простонал я, чувствуя, как крепко сжимается ее киска. — Оседлай меня, Блэйкли. Моя хорошая девочка. Черт возьми, да!

Мои бедра тут же задвигались в ровном ритме, проникая в ее влажное лоно.

— Всегда люблю трахать тебя, детка. Но, черт возьми, ощущать вкус твоих сисек, налитых молоком, когда ты подпрыгиваешь на моем члене, это… ох, блять, да! — я застонал, когда она сжала меня, и ее внутренние мышцы напряглись вокруг моего члена.

Я снова сел и сосредоточил внимание на другой груди, упиваясь ее сладостью, пока не был готов взорваться.

Упав обратно на матрас, я схватил ее за бедра, помогая ей подниматься и опускаться так, что я врезался в нее каждый раз, когда она падала вниз.

— Да! Ебать! Это моя великолепная девочка. Возьми меня, детка.

Внезапно я перевернул нас и прижал ее ноги к груди, толкая свой член так глубоко, что задел ее матку.

— Скажи мне, что хочешь от меня ребенка, Блэйкли, — сказал я. Ее внутренние мышцы свело судорогой, и я ухмыльнулся. — Да, я так и думал. Скажи мне. Скажи, что хочешь, чтобы я оставил в тебя еще одного ребенка.