– А когда война закончится? – окинул ее Ричард проницательным взглядом.

– Я постараюсь бросить. Знаю, что ты не очень-то доволен тем, что я курю, хоть и ни разу не сказал об этом. Но я сделаю это не только ради тебя. Я сама понимаю как курение пагубно влияет на мой организм.

Ричард приблизился и крепко поцеловал ее в висок. – Пойду изучать книги с Артумом и Мэтью. – Присоединяйся, когда закончишь.

– Ричард, - окликнула его Кара, слегка запнувшись. – Может у меня был шанс спасти Рейла еще тогда, при первой встрече, проявив сострадание?

– Ты и так отдала ему свою душу, - остановился он.
– На самом деле, Рейл получил то, что хотел – твою любовь.

Кара испуганно воззрилась на Ричарда, который продолжал.

– Я понимаю, что это не та любовь, о которой все привыкли слышать, но это все же она. Ты смогла пожалеть врага, а это многого стоит. Рейл даже не представляет, как много ты ему дала. Душа – это даже больше, чем любовь, это спасение. Ты пожертвовала ради этого спасения своей жизнью, - договорив последнее, Ричард продолжил путь.

Кара сопротивлялась, но ее руки невольно опускались. Она не показывала, но от всех этих смертей ей хотелось выть как волк на Луну. Словно часть ее погибла вместе с ними… Команду она любила безумно, особенно Рика, который стал ей родным. Словно потерять брата… Ее взгляд упал на одиноко сидящего под деревом Проводника. А ведь Юлиан тоже потерял Лео и родителей в придачу… Понятно, почему после смерти всей команды и самого любимого человека – Адри, он уже ничего не хочет. Хорошо хоть, что смог очнуться. Я вряд ли бы смогла… Не потому, что не хочу бороться дальше, я и сейчас на ногах, а потому что Альма бы все испортила. Мои эмоции вытолкали бы ее их груди как от смерти Ричарда.

За своих людей я перегрызу кому угодно глотку. Нет, я уже не буду прежней, как и остальные. Если Аварум хотел разбудить во мне животное, я беру эстафету у Рейла. Отныне мои слезы слишком дорого стоят. Я всегда стремилась поступать правильно и быть милосердной, но оказалось, что это неверный путь. На войне только одно решение является правильным – убить врага. Все остальное, лишь напрасная трата времени. Из-за этой мягкости нас просто растоптали. Нельзя бояться замарать руки, когда в них уже лежит оружие. Но убийство может быть оправдано самозащитой. Нужно иметь мужество взять всю вину и чернуху на себя, чтобы предотвратить ужас грядущего. Быть может даже пожертвовать своей душой во спасение других.

Рейл…. К его смерти Кара была не готова особенно. Осознание навалилось всем своим грузом. Столько раз спасая ему жизнь и потеряв навечно… Теперь она ощущала, словно жизнь дала ей пощечину. Он так и не получил второй шанс. Столько бороться, чтобы в конечном счете умереть. Боль медленно расползалась по венам, парализуя тело.

Я не верю, не верю, что это все настоящий он. Ну хоть убейте. Если бы меня спросили кому вручить оскар, я бы не задумавшись отдала его Рейлу за самую лучшую актерскую игру. Как изящно он манипулировал, путал, играл, изображал безразличие и пренебрежение. Теперь я знаю, что не ошиблась насчет него. Я все сделала правильно. Моя вера в то, что он не тот, кем хочет казаться, выжила ни разу не поколебавшись. Но раз я сделала все правильно, почему же так чертовски тяжело на душе? Почему хочется кричать, бить все, что под руку ни попадется, курить залпом?

Перед глазами возникло лицо с белым рельефным шрамом на щеке. Небрежный оскал, пронзительный взгляд. Лиловые губы обеспокоенно произносят: «Беги». Светло-зеленые глаза смотрят прямо в душу, словно видят тебя насквозь. Они поглощают своим притяжением. Будто, если один раз погрузишься в эту нефритовую бездну, уже не выберешься. Вынести можно многое, если не начинать говорить об этом. Когда проговариваешь, осознаёшь.

Я сделала много для него, но, кажется, что недостаточно. Всегда так кажется. Но если быть реалистом, я должна ненавидеть его, презирать всей душой, желать сделать ему как можно больнее. Но нет. Я думаю о том, что недостаточно помогла ему. Кара в недоумении покачала головой. Я неисправима. У всех людей в голове есть тараканы, но мои курят что-то покрепче обычных. Нужно найти их поставщика.

Кара вдохнула целебный дым. Голова закружилась от сильной затяжки. Ох уж эта гиперчувствительность. Зато как просто благодаря ей отключиться от реальности. Мир словно опустел. Кажется, что кроме шестерых людей в нем никого больше не осталось. Ах да, еще же Аварум с Герой. Так себе компания. Что ж, аггелу удалось приблизить апокалипсис, по крайней мере в этом городе.

После рассуждений появились силы. Кара встала и направилась в «читательскую комнату». Там уже во всю слышался шелест перелистываемых страниц. Тенью проскользнув в другу часть комнаты, Кара взяла книгу и села на пол, опершись о стену спиной.

Часы шли, небо меняло свой дневной цвет на вечерний. Тишину нарушали только шуршание бумаги и ерзание затекающих ног на твердом полу. Большая часть книг уже закрывала собой стену у камина. Отчаянные пальцы брали том за томом, а уставшие глаза пробегали строчку за строчкой. Кара взяла книгу на румпитурском и нахмурилась.

– Ричард, как переводится «ра»? Я знаю только «эхра» и это означает гора.

– «Ра», если мне не изменяет память, означает камень, как составное горы или же предлог «для».