— Нападай, — командует Риввард.

— Я не могу. Ты же ранен… — теряется Лесандр.

— Даже с копьем в груди я буду драться лучше тебя. Покажи мне свой удар, ну же.

Лес аккуратно замахивается, но Риввард нещадно ударяет его по ладони плашмя. Лес коротко вскрикивает и хватается за ушибленное место, а его тренировочный меч отлетает на пару метров.

— Ты безоружен. А значит — мертв. Мне понадобилась одна секунда. Неплохо для раненого, да? — издевается Риввард.

— Я пожалел тебя. Больше не буду, — начинает злиться Лес и бросается за мечом.

Другие ребята рядом тоже тренируются, но боковым зрением наблюдают за поединком. От некоторых из них я слышала, с каким придыханием они говорят про графа.

— Издевательство, — шепчу я.

— Так воспитывают мужчин, — доносится позади. Я оборачиваюсь.

Навстречу мне идет граф Алан. Он одет в одежды моего мужа и, в отличие от Лесандра, довольно хорошо укутан в теплый кофтан с бордовыми вставками. Он подчеркивает широкие плечи Алана и прекрасно на нем смотрится.

Граф останавливается в паре шагов от меня.

— Воспитывают мужчин, избивая их? — спрашиваю я. Голос дрожит от волнения, но, надеюсь, со стороны кажется, что я просто возмущена.

— В бою обретаешь силу и храбрость. Мы с Риввардом не раз оказывались в ситуациях, когда нам грозила смерть. Только его навыки и решительность спасали нас.

— Так мой муж — герой? — усмехаюсь я. У меня он такого впечатления не вызвал.

Но Алан кивает с самым серьезным видом.

— Я обязан ему жизнью. Десятками жизней — он выручал меня не раз. Если ваш пасынок и его сын сможет вырасти хотя бы вполовину таким же хорошим воином, вы будете гордиться.

— Я предпочту, чтобы Лесу никогда не пришлось воевать, — шепчу я.

Алан подходит ближе и становится рядом. Теперь мы вместе смотрим на то, как Риввард почти избивает моего внука. Я не вмешиваюсь только потому, что не хочу подставлять Лесандра. За мальчика вступается мамочка — даже в нашем мире это осуждается и вызывает издевки, а здесь и подавно.

— Ваша милость… — начинаю я. — Расскажите, как вы пробудили свою силу дракона? Лесандр очень печалится по этому поводу.

Алан некоторое время молчит, будто вспоминая.

— Черные драконы пробуждаются раньше других. Еще в колыбели я чихал черным пламенем, а обращаться научился раньше, чем ходить. Признаться, это доставило много хлопот моим нянькам и родителям. Так что, графиня, извините, мне нечего посоветовать вашему пасынку.

Тем временем Риввард в очередной раз ударяет Лесандра под ребра. Сам граф ни разу не шагнул назад, а его левая рука так и покоится на трости, с помощью которой он удерживает равновесие. От слишком широких замахов он иногда болезненно морщится, и я вижу, насколько же Риввард старше Алана — возле глаз у него уже приличные морщинки.

Удары Леса с каждой минутой становятся… не лучше, нет. Но гораздо более уверенными, дерзкими. Словно он чувствует азарт, сражаясь с Риввардом. Несколько раз я даже замечаю, что Лес улыбается. Ему что, нравится это показательное избиение?

Риввард продолжает поучать, при этом каким-то образом подхватив наш с Аланом разговор, хотя точно не мог его слышать:

— Если твоя сила не пробудилась сама по себе, в раннем возрасте… — Риввард легко отражает удары Леса и делает лишь короткие паузы в речи. — Значит, она еще недостаточно вызрела. Как цыпленок в яйце. У тебя дальше два пути, Лесандр: либо драконья сила прорвется, и станешь сильнее остальных, так как ждал дольше, либо она так и останется в скорлупе твоего человеческого тела. Она сгниет там, как птенец, который не смог пробить даже скорлупу.

— И что… мне… делать? — Дыхание Леса давно сбилось, но он яростно бросается в бой вновь и вновь.

— Есть несколько вариантов, сын мой. Тебя им подвергать я бы не хотел.

— Пожалуйста! — вдруг резко останавливается Лесандр. — Если есть способ, я хочу его попробовать!

Бог мой, что это с ним? Неужели настолько мечтает стать драконом? Нет, после того как мы увидели перевоплощение Алана, я могу понять внука: зрелище величественное. И он, конечно, упоминал, что волнуется из-за своей миссии в этом мире. Но почему не говорил, что это настолько для него важно? Мне, родной бабушке, не говорил, а типа как своему отцу, которого на самом деле видит первый раз в жизни, рассказал сразу же!

Как же мальчик скучал без мужской крепкой руки… Теперь до меня начинает доходить.

Риввард жестом останавливает бой и поворачивается к нам.

— Алан, друг мой, подойди, — говорит граф таким тоном, будто не просит, а приказывает. Интересно, какие у них отношения? Кто из них старше по званию, являются ли они друзьями или просто сражались вместе? Хотя второе без первого, наверное, невозможно.

Алан коротко подмигивает мне и выходит на тренировочную площадку. Риввард же объясняет задумку: