Шрифт:
«Дерьмо. Я опоздал».
Артур достал пистолет и по привычке проверил термозаряды.
Хватит, чтобы устроить старую добрую бойню.
– Последнее дело простым не будет, – нахмурившись, процедил он и решительно толкнул двери тестовой камеры.
Та легонько скрипнула. Услышав это, незнакомец резко обернулся и выстрелил первым. Заряд пролетел над макушкой Артура, сильно опалив волосы и отхватив кусок левого уха. Жгучая боль на миг ослепила шпиона. Недолго думая, он пальнул в ответ.
Послышался сдавленный крик.
Артур распахнул глаза и увидел, как противник, скорчившись на полу, вцепился в устройство. Он ткнул на кнопку на его голопанели, и тестовую камеру огласил хлюпающий звук. Все краски мира потемнели, а в следующий миг незнакомец исчез.
Когда дым от термозарядов развеялся, Артур, пошатываясь от боли, добрел до устройства. Он поднял браслет и вчитался в красную мигающую надпись на экране:
«Уровень заряда: 1%»
Прикрывая раненое ухо ладонью, шпион вернул устройство в тиски на пьедестале. На экране вспыхнуло уведомление о начале зарядки. Только после этого Артур позволил себе расслабиться. Он повалился в темном углу камеры и устало вздохнул.
– Что это за дермище было?
Он занялся раной. Достал из одного из нагрудных карманов медицинский гель, обильно полил ожог и посидел, наслаждаясь утихающей болью. Когда ему стало получше, он поднялся и вновь вернулся к устройству. Заряд достиг 30 процентов, и на голографическом экране замигала желтая надпись:
«Готово к использованию».
А еще появилась зеленая кнопка.
Артур кое-как вырвал браслет из тисков и повертел его в руках. Ни опознавательных надписей, ни гравировок. Просто кусок стали с застежками и экран.
– Хрень какая-то.
Он хотел было надеть браслет на запястье, как вдруг позади скрипнула дверь. Артур отреагировал молниеносно. Выхватил пистолет и, быстро обернувшись, выстрелил, даже не целясь. Незнакомец вскрикнул и открыл огонь. Яростная огненная боль разорвала внутренности, и Артур повалился на холодный гладкий пол тестовой камеры. Из последних сил он потянулся к устройству. Что бы ни делала эта загадочная зеленая кнопка, иных вариантов у него не оставалось.
Он коснулся экрана, и весь мир заволокло пеленой. Перед глазами пронеслась вся его жизнь. Бесчисленные контракты, глаза загубленных им людей, лицо ненавистной бывшей жены. Вскоре все исчезло.
Осталась только тьма.
Настолько непроницаемая, словно он попал в зево черной дыры.
Гребаная Гамма Аида.
– Артур, ты слышишь меня?
Из динамика нейронаушника донесся приглушенный хрип.
– Артур? Мать твою, просыпайся!
– Угхх.
Артур с трудом поднял тяжёлые веки. Его окружала тьма. Плотная, беспросветная, вязкая и душная. Он ощущал себя существом, которое жило в этой тьме долгие тысячи лет, и сейчас его нагло вырвали из забытья.
Придется просыпаться.
Половина долга
– Хватит с тебя?
Сэм для убедительности ударил поверженного врага прикладом еще раз. С уголка разбитых губ противника потекла струйка крови, но все, чего удалось от него добиться, – это полные боли стоны.
Он молчал. Не отвечал. Не хотел говорить. Знает, что его ждет, если ответит хоть на один вопрос. Таких, как он, специально готовят. Много лет. Отбирают среди безродных мальчишек с улиц столицы Каспийской пустыни самых сильных и выносливых и промывают им мозги как следует, так, что внутри не остается личности. Их превращают в инструменты, в машины для убийств, в стойких, выносливых и непобедимых солдат. Одолеть такого – редкая удача для рядового жителя пустынь, граничащая с невозможным.
Сэм плюнул в лицо пленника и обернулся.
За его спиной лежали, не шевелясь, с десяток таких сектантов. С их тел в морозный вечерний воздух срывался едва заметный дымок угасающего тепла.
– Ну? – наемник помахал автоматом. – Говорить будем, или тебя отправить на встречу с Атомным королем?
Глупо прозвучало.
Сектанты отлично готовили бойцов, но вот с фантазией у них было не очень. Они поклонялись высшему существу, Атомному королю, легендарному небожителю, который больше пятидесяти лет назад обрушил свой гнев на земли и превратил целый мир в пустыню. Сэм родился спустя лет десять после этого. Маленьким, он еще успел застать последние зеленые островки погибшего мира, но и те скоро исчезли, растаяли под напором желтых ядовитых песков, принесенных с севера. Говорят, где-то на востоке еще остались настоящие леса и реки, но эти россказни были сродни байкам местного безумного землепашца, который проводил дни на своей несчастной ферме среди зараженных пустошей.
Пытался вырастить какую-то картошку, старый глупец. Он жил еще до войны, и немудрено, что за столько лет сошел с ума.
В пустынях никто не жил долго. Это всем известно. А еще все знали, что на востоке – земли секты. Никому не пройти по ним без ведома этих фанатиков.
Пленник молчал. Как будто можно было надеяться на что-то другое.
Сэм пожал плечами, снял «калаш» с предохранителя, дослал патрон в патронник, мягко коснулся спускового крючка.
– Как хочешь.
Раздался выстрел.