Федя тут же показал мне кулак, а я не растерялась и нашлась что ответить:

— У меня сейчас проблем в семье выше крыши! Вам придется меня терпеть, вы на мне зарабатываете. Иначе уйду!

— Ты знаешь — у тебя не выносимый характер!

— Знаю!

Уйти я, конечно же, никуда не могла, так как подписала контракт и расторгнуть его мог только сам продюсер, а вот пререкаться мне с ним можно было сколько угодно.

— Да! — рявкнула я в трубку.

— Привет. Чего такая злая? — послышался весёлый голос Тэш.

— Я в студии…

— Ой, я же забыла, что ты записываешься! Прости пожалуйста, я не вовремя, да?..

— Что с тобой поделаешь? Семья превыше всего. Случилось что-нибудь?

— Да!!! — радостно воскликнула моя сестрица. — Крис пришёл в себя!

— Ты на работе сейчас?

— Да. Ужас!! Я нахожусь за тридевять земель от больницы! Приеду к Крису не раньше, чем часа через четыре! Ты можешь приехать к нему сейчас?

— Нет. — вздохнула я и взглянула через стекло на нашу "бригаду". — Я же на студии! Допишусь и приеду, — и я отсоединилась.

— Куда приедешь?! — завопил Женя, становясь пунцовым от злости.

— В больницу!!!

— Зачем?

— Крис пришёл в себя!

— Это ещё кто? — Женя, казалось, сейчас вскочит с места и убьет меня.

— Это жених моей сестры! Давайте уже допишемся, наконец и я уеду!

— Кошмар! — Женя схватился за голову и едва не взвыл. — Она сведёт меня с ума!..

— Мы пишемся или как? — почти одновременно спросили я и Ангелина.

— Пишемся, — вздохнул Женя и махнул рукой. — Давай, Федя.

Буквально через пол часа мы закончили с записью и прослушиванием фонограммы. Я подпрыгивала от нетерпения, перемещаясь в крохотном помещении из угла в угол со скоростью света, тем самым, доводя моего продюсера буквально до бешенства.

— Катя!!! — заорал он так, что задрожало единственное стекло в помещении.

Я остановилась возле него, прислушиваясь к бешеному стуку своего сердца. В комнате наступила тишина. С Женей мало кто решается спорить, а когда он злится, с ним вообще лучше не связываться.

— Что? — пискнула я.

— Катя, немедленно прекрати мелькать перед глазами! — процедил сквозь зубы продюсер. — Очень тебя прошу, а ни то я… я… я не знаю что сделаю с тобой! — и он изобразил руками как душит кого-то и, вероятно, этот кто-то я в ближайшем будущем.

Я заморгала глазами, прячась за спину Ангелины.

— Хорошо, больше не буду…

— Вот и славненько, — голос его стал мягким и он вновь повернулся к компьютеру. — Значит так… по-моему, получилось не плохо, как считаешь, Фёдор?

— Мне нравится.

— Катюня, золотце моё, осилишь ещё хотя бы две песни? — Женя ласково посмотрел на меня.

И попробуй ему сказать сейчас: "Нет"! За то малое время, что я с ним работаю, я изучила когда можно лезть на рожон, а когда надо молчать и делать.

— Постараюсь, — пробормотала я.

— Сколько там времени уже? — мой продюсер посмотрел на запястье с часами "Omega". — Так, уже половина четвёртого… Ты кажется куда-то хотела сейчас уехать?

— Вообще-то да, в больницу.

— Ладно, езжай. Завтра можешь отдохнуть. Я уеду по делам. А вот после завтра, к десяти жду тебя здесь — будем заканчивать альбом. Надеюсь, успеешь насочинять две песни?

— Надеюсь.

— Хорошо. К тому же, будем отрабатывать концертную программу, движения на сцене…

— Ладно. Ровно в десять буду здесь. Я могу идти?

— Лети, куколка, — улыбнулся Женя.

Я поймала такси и, прыгнув на заднее сидение, машинально оглянулась на вход в студию. Боже! Как он мне надоел! Век бы его не видеть! Когда всё закончится — убью Жорика…

— Куда едем?

— В первую городскую больницу, — вздохнула я, вытаскивая мобильный из кармана. — Здравствуйте, это Кармен, то есть Катя Зеницина… Да, я знаю, мне уже сообщили… Можно сейчас к нему?.. Совсем?.. Но мне так хочется увидеть его!.. Ладно, мы приедем тогда завтра часам к двенадцати… Хорошо, спасибо, — я выключила телефон и откинулась на спинку сидения. — Разворачивайтесь, поехали в Бастилию.

— Куда? Это, кажется, где-то во Франции, — удивился водитель со смехом.

— Посёлок наш так называется, — вздохнула я. — Придумал же кто-то название!