— Что ты знаешь о власти, мальчик? — с нескрываемым презрением, спросил Ломов, — Здесь идёт какая-то игра, в которой участвуют фигуры покрупнее регионального УВД. Не только ребят, но и вас зачистят, если потребуется. Ты живёшь в каких-то странных, детских иллюзиях и абсолютно не желаешь взглянуть на вещи объективно.

Через пятнадцать минут, Ломов бодро поднялся с земли и приказал двигаться дальше.

— Чего хоть ищем? — проворчал Мельников, возвращая фляжку военному.

— Если ты до сих пор не заметил, то я не собираюсь, как ведущий стрима, объяснять тебе очевидное. «Вот посмотрите ветка, раздавленная, вследствие того, что на неё наступил человек в тяжёлом ботинке, имеющий вес не менее ста килограммов».

Последнее, Ломов произнёс неприятным голосом, пародируя известного блогера, освещающего охотничьи квесты в дикой природе.

— Вы отследили похитителей до этой сосны и вернулись за нами? — почти с благодарностью, сказал Черов, — Решили, не дать нам умереть, если след уведёт далеко в чащу?

— Почти, — согласился ветеран, не желая раскрывать карты перед дилетантами.

— Вижу! — воскликнул Гизмо, опускаясь на корточки над раздавленной сухой веткой, — А почему сто килограмм?

— Это не масса конкретного человека. Людей было четверо. Они тащили носилки, на которых, скорее всего, лежали наши, как сказал лейтенант, потеряшки. Учитывая вес груза, рюкзаков и оружия, в среднем, каждый весил примерно столько. Один подволакивал ногу. Это, либо его застарелый физический дефект, либо человек был ранен. Причём, совсем недавно. Что наводит на неприятные мысли.

— Похоже, в глубине чащи водится медведь или стая волков. Кто-то одного покусал, зуб даю, — с видом бывалого охотника заявил Мельников.

— Или на них напали те же боевики, что позднее предприняли ещё две попытки устранить Манюню и Тимофея.

— Но почему тогда на носилках именно потеряшки, а не тот, кого ранили в ногу? — удивился Черов и тут же ответил сам, — Потому что Мария и Тимофей без сознания. Очнутся они позже, уже на опушке, потеряв память и не понимая, как там очутились.

— Верно, — подтвердил Ломов, — Судя по отпечатку подошвы, на носильщиках армейские или охотничьи ботинки. Отсюда, делаю вывод о наличии оружия и вещмешков.

Черова внезапно озарила догадка.

— Тогда получается, что ребят не пытались убить, а спасали. Хотели отнести подальше от места стычки с террористами и спрятать. Сами спасители вернулись к месту боя и… погибли?

— Фигня какая-то, — подытожил Гизмо.

— Согласен, — присоединился к панку Ломов, — Многое не вяжется. Например, куда делись носилки? Если, как ты полагаешь, они вернулись к месту стычки, то зачем забрали с собой переноски? Отбив атаку, они, наверняка, должны были транспортировать ребят в какое-то более безопасное место или ждать машину. Какой смысл таскать неудобную вещь туда-сюда?

— Может их на руках тащили? — попытался угадать Гизмо.

— А если предположить, — вошёл во вкус Черов, почувствовав себя в роли ищейки, — Что в бою участвовали все? Мария и Тимофей получили порцию какого-то газа или отравляющего вещества и их отнесли в тыл на плащ-палатках. Или на куске брезента. А потом вернулись, чтобы похоронить убитых.

— Нет, — категорически отказался от этих версии отставник, — Во-первых, у ребят брали анализы и в заключении не сказано о наличии остаточных следов боевых или отравляющих веществ.

— Верно, — вздохнул Черов, признавая ошибку.

— Во-вторых, я видел чёткие следы от опор штатных носилок. Те, кто занимался транспортировкой, пару раз отдыхали, опуская переноски на землю. Таким образом, получается, что ребят принесли на опушку с определённой целью и возвращаться за ними никто не собирался.

— Чё-то я ничего не понимаю, — сознался Гизмо.

— Аналогично, — вздохнул Черов и просительно посмотрел на бывшего военного.

— Вперёд! — скомандовал Ломов, убирая от глаз бинокль, — Раз уж вы слепые кутята, я иду первым. Держитесь на шаг сзади и с боку. Лейтенант — справа, Медуза Горгона — слева. Внимательно смотрим под ноги. Любое нарушение дёрна — стоп.

— Мина? — понимающе охнул Гизмо.

Отставник не ответил и направился вперёд, по, одному ему видимым, приметам.

На этот раз напряжение передалось всем и болтать уже не хотелось. Мельников и Черов буквально обнюхивали каждый шаг, надеясь увидеть что-то необычное. Желание выделиться и первым доложить о важной находке бывшему инструктору разведшколы, полностью поглотило сознание юных следопытов.

Прошёл ещё час, но ничего не происходило. Двигаясь с грацией грибников, выискивающих под каждой травинкой семейку неприметных маслят, парни не заметили, как вожак остановился. Ломову пришлось свистнуть, привлекая внимание, и, тут же, призвать жестом, опуститься на одно колено.