В голове Дениса играли гормоны, а не чувства долга и самосохранения.

– Геннадий Сергеевич, - загадочно зашептал в домофон Черов, когда глава семьи сонно и раздражённо поинтересовался целью его визита, - У меня приказ начальства! Дело государственной важности!

– Денис, ты пьян или стояк одолел? Настя спит!

– Геннадий Сергеевич, - настаивал Черов, пытаясь руками показать степень своей трезвости и адекватности. Впечатление создавалось обратное.

Впрочем, Мельников-старший и сам понял, что через домофон выяснить ничего не получится и магнитный замок открылся.

Черов юркнул в калитку и тут же оказался на мушке у коренастого мужчины в семейных трусах до колен и майке-алкоголичке.

– Чё надо, Денис? – глухо, чтобы не будить домочадцев, прорычал Мельников, не опуская дежурной двустволки, которую обычно заряжал крупной солью, - Я ведь пальну и не посмотрю, что ты мой будущий зять!

Черов не то чтобы напрягся, скорее испытал некую неловкость. К манере поведения будущего тестя он давно привык, но получить заряд соли ему не хотелось. Он сунул руку в сумку, ремень которой перекинул через голову, и извлёк лист стандартного договора.

– Геннадий Сергеевич, вот, - показал бумагу Черов, прикрывая правой ладонью пах, - Моё начальство хочет привлечь Родиона в качестве добровольного помощника!

– А ты, вроде как, ни при чём?

– Зуб даю! – поклялся Черов, - Родион сам вызвался помогать потеряшкам на время их пребывания в Отрадном. Александр Владиленович, его начальник, даже отгула выделил за этот порыв.

– Я в курсе! За его счёт! – не опуская стволов, хмыкнул Мельников.

– Вот! – быстро сообразил Черов, - А теперь МВД готова оплатить все издержки, в случае подписания договора.

Материальное вознаграждение всегда стояло на третьем месте по степени убедительности. Сразу после слова «пожалуйста» и клацанья затворной рамы. Стволы дробовика дрогнули и слегка опустились.

– Но ведь именно ты угрожал сыну задержанием при аресте потеряшек. Он мне всё рассказал.

– Поймите, Геннадий Сергеевич, я выполнял свой долг. Он свой. Сейчас ситуация изменилась.

Мельников, наконец, поверил и, приставив ружьё к перилам, протянул руку для приветствия.

– Это как-то связано со взрывом в больнице? Мне уведомление от МЧС с вечера пришло.

– Связано! – не стал отпираться Денис, - Мы потеряшек отправили в БСМП на обследование, а там такое! У обоих нервный срыв. Родиону они доверяют. Он их практически спас, подобрав на дороге, поэтому решили привлечь в качестве психологической поддержки. Сами понимаете. Ребята одни, в чужом городе… Мы с ними жёстко обошлись, а тут ещё террористы откуда-то нарисовались.

– Небось на наркоту проверяли?

– И это тоже, - согласился Черов, - Но главное из-за опасения за их здоровье. Они же, бедолаги, два дня по жаре в полях шлындали. Мало ли чего. Нас же потом федералы без смазки вздрючат. Горожане в их юрисдикции.

– Ладно, - смилостивился Мельников, - Если Настя тебе не нужна, то дуй к Родиону сам. Только громко не стучи – он на крыльце водомёты поставил, чтобы отпугивать особо настырных гостей.

– Как это не нужна?! – по-юношески возмущённо воскликнул Денис, - Мне поручено ответственное задание! Меня могут убить! Позвольте проститься с невестой!

Геннадий Сергеевич, почему-то, засмеялся и, махнув рукой, скрылся в доме. Через секунду, будто девушка таилась на веранде, выбежала Настя.

Гизмо, в отличие от остального семейства, не желал просыпаться, игнорируя настойчивые, но короткие звонки в дверь. Черов, предупреждённый о водомётах, уже хотел пройти к задней калитке и попробовать связаться через домофон, но в мансарде отворилось окно и сонный голос строго предупредил, что будет стрелять, если гость не приведёт убедительной причины своего визита.

В литературном изложении это длинная фраза, а в действительности парень использовал всего два слова.

– То я, Денис! – крикнул лейтенант, понимая, что всё семейство Мельниковых уже бодрствует благодаря ему, - Поговорить надо!

– А! Опричник шерифа пожаловал! – прежняя сонливость пропала из голоса, - Арестовывать пришёл? Я буду отстреливаться! Живым вам, абьюзерам, не дамся!

Поняв, что Гизмо в очередной раз понесло, Денис, привычными парню выражениями, с применением идиоматических выражений и ненормативной лексики, объяснил цель своего визита.