– Давно голосуете? – поинтересовался водитель, игнорируя руль и дорогу.

Тимофей замотал головой и пальцами указал на уши, намекая, что в таком грохоте не слышит вопроса.

– О, пардоньте! Вася, выруби звук, - приказал водитель и в салоне повисла такая тишина, что Тимофею показалось будто он оглох.

Даже звук двигателя, чей рокот они слышали снаружи, не доносился сюда. Похоже, моторный отсек был надёжно изолирован шумопоглощающей перегородкой.

– Меня все зовут Гизмо, - представился обладатель всклокоченной шевелюры, где каждая прядь жила отдельной жизнью, - Давно тусуетесь на дороге? Конвой, вроде, вчера проезжал.

– Мы нездешние, - взяла на себя роль переговорщика Мария, - Меня зовут Маша, а это Тим. Он немного растерян. Сильно переживает из-за отставания и волнуется, что получит нагоняй от экскурсовода.

– Ну, вы, братцы, и попали, - захохотал Гизмо. Он даже всплеснул руками, иллюстрируя всю глубину своего удивления и, в то же время, веселья.

Просмеявшись, он уточнил:

– У вас, похоже, большая группа, а экскурсовод новичок или полный лох. Как можно за сутки не хватиться потеряшек, не заметить их отсутствия?

– Такого никогда не было? – осторожно поинтересовалась Маша.

Тимофей тоже напрягся, прикинув, что, если Гизмо ответит «нет», то признание напарницы в отставании от какой-то экскурсионной группы, будет выглядеть весьма сомнительно. Единственное, что успокаивало, это внешний вид и поведение парня. В своей среде он, наверняка, слывёт раздолбаем, а в правоохранительных органах считался мажором, общения с которым следует избегать, а любые заявления перепроверять. То, что Гизмо сынок высокопоставленного чиновника или местного олигарха, Тимофей не сомневался. На вид парню лет двадцать. Машина, по компоновке и навороченному салону, тянет на премиальный сегмент рынка престижных авто. Едва схлынуло первое потрясение, до него дошло, что Васей зовут голосового помощника из бортового компьютера, а машиной управляет автопилот. На западе это опция уже доступна для толстосумов, да и у нас проводятся первые испытания на такси, автобусах и грузовиках. Видимо, папаша расстарался и пригнал сынуле крутую тачку из-за бугра.

Похоже, послание президента о переоценки ценностей в отношении элит до провинции ещё не добралось и здесь по-прежнему царят коррупция и бюрократия.

– Да постоянно, - рассказывал меж тем Гизмо, обращаясь непосредственно к Маше, - Я чуть кирпичей в штаны не наложил, когда вас увидел. Молился, чтобы померещилось! Ан нет, стоите родимые и голосуете, будто на Ленинградке.

– А чё испужался-то? – спросила Мария.

– Так думал, что МЧС сводку по потеряшкам передавала, а я из-за музона пропустил. Мне дежурный по приезду таких звездюлей выпишет, что отгулы за свой счёт брать придётся для поправки здоровья! На Васю, ведь, не сошлёшься. Эта душонка микросхемная сдаст меня с потрохами при тестовой проверке.

– Да мы сами в шоке! – смеялась Мария, потягивая шипучку из горла, - На секунду в кустики с Тимом уединились, а наш «сарай» отчалил и даже люстрами не помигал.

– Бывает! Я тебе так скажу, только пардонь за откровенность, поводырь и конвоиры из местных были. Наши парни не любят вас. Припрётесь из своих человейников и рассматриваете нас как бибизьян на сафари. Я, вообще, удивляюсь, что вам ещё лицензии на отстрел выписывать не начали.

– Так хотели, - в голос ржала Мария, поддерживая юморной тон Гизмо, - Да в Думе проект первое чтение не прошёл. Отклонили, как мешающий добрососедскому общению с кормильцами нашими. Куда мы без вас! Ты стейк из пробирки пробовал?

– Я больной что ли? У дядьки ферма под Старицей. Там этих стейков в стаде голов пятьдесят ходит! Вашу синтерику сами жрите!

– Вот мы и приезжаем натуральненького покушать, пока кордоны на КАДах не установили. В Думе говорят, что вас отвлекаем и развращаем.

– Ну, развращаться я совсем не против! Только батя мне тогда петарду в зад вставит, фитиль подожжёт и придётся до Веневитинского кордона галопом скакать, да в Усманку нырять.

– А ты говоришь лицензии на отстрел! У вас у каждого арсенал в доме! Скоро конвои из Сити начнёте прямой наводкой расстреливать.

– Не, мы добрые! Да и от вас польза имеется. Тачки вот нехилые мастырить научились.

– Реально зачётная машинка! – похвалила Мария, - Что за модель?

– УАЗ «Прогрессор» в экспедиционном исполнении. Новенький, муха не сидела. На управление две выделили. Сказали тестировать.

Тимофей слушал непринуждённый трёп своей напарницы с водителем и медленно выпадал в осадок. Во-первых, ничего не понимал. Во-вторых, услышав про обилие оружия на руках у местного населения, маленько обалдел. В голове мелькали жуткие картины бандитских разборок, рейды диверсионно-разведывательных групп, зачистки силовиков и подпольные городские ячейки вкупе с партизанами.

Наконец, не выдержал. Проглотил потеплевшую и выдохшуюся шипучку, после чего хрипло, словно, интересовался у барыги ценой чека, спросил:

– Мы где? В зоне СВО что ли?

Гизмо и Мария резко замолкли и сочувственно уставились на побледневшего Тимофея.

– У твоего трахателя крыша походу поехала, - почти на ухо девушки прошептал любитель панк-рока и покрутил у виска пальцем, - Может ему водочки накапать? Для расслабухи, так сказать.

– Не надо, - остановила Мария, убирая руку хозяина машины от крышки холодильника.