— Я на это надеюсь. Как бы там ни было, Игнес будет рад отыграться на тебе. Боюсь, что твой отец уж слишком его обидел.

— Я с тобой согласна, но разве не лучше тогда мне отправиться на небеса и предупредить всех, прежде чем со мной что-то случится. И ты у нас не неуязвим и тоже можешь пострадать, тогда некому будет предупредить небеса.

Люцифер улыбнулся наивности ангела, ему было приятно слышать о ее переживаниях и о нем, хоть она и завуалировала их за ценностью информации для небес. Но он слышал, как дрожал ее голос, когда она говорила, что он может пострадать. Напарники продолжали двигаться по пустоте, затхлый воздух обжигал легкие, результатов не было. Опасаясь того, что они случайно столкнутся с Игнесом, они решили покинуть это злосчастное место. Но Афи заметила капли крови на земле. Отпустив руку дьявола, последовала по еле уловимым следам. Приметив еще один след крови на каменной колонне, затаив дыхание и без лишнего шума, она заглянула за колонну и увидела Абигора, сжимающего место отсутствующей кисти. Анафиэль попятилась назад, наступив на небольшой камень круглой формы, он прокатился у нее под ступней. Афи, потеряв равновесие и наделав немало шума, упала. Она привлекла внимание полубога. Абигор немного растерялся, но очень быстро поднялся на ноги и с довольной улыбкой осмотрел нарушительницу собственного спокойствия.

— Какая неожиданность! — Неожиданный приступ его собственной тупости прошел, и он выглядел как прежде; уверенным, собранным, опасным. — Милая Анафиэль решила нас посетить, дочь нашего главного врага. Брат будет вне себя от радости от такой гостьи. Надеюсь, ты не притащила с собой этого здорового тупоголового дьявола. — Он опустил обрубок своей руки, с которой по-прежнему капали редкие капли крови.

Афи растерянно оглянулась по сторонам, не увидев присутствия дьявола, очевидно занервничала.

— Не волнуйся ангелочек, на этот раз я не буду тебя убивать. К тому же раз ты все еще жива, это не так просто, как мне показалось на первый взгляд. Только знаешь, за то, что ты отняла мою руку, мне придется отнять у тебя две руки, чтобы справедливость восторжествовала. — Приподняв «обрубок» проговорил полубог. В здоровой руке полубога материализовалось копье с длинным острым наконечником, оно не было похоже на то, которой он ранил Афи и на то, что унесло жизнь Тима. Но он вполне мог отнять руки этой чудаковатой стрелой с крупными зубьями на наконечнике.

Реакция ангела не подвела, и когда полубог нанес удар, она с легкостью увернулась и встала на ноги, в руке сжимая песок и мелкие камни, что подняла с земли. Все как-то вышло само собой, но ладони она не разжимала, оставляя песок там, на не предвиденный случай. Будто это могло ее спасти, так же как соломинка для утопающего. Настороженно следя за каждым движением врага, Афи стала отходить. Она понимала, что ей не хватит сил одолеть его здесь в пустоте, отрезанной от основного источника ее силы, небес. В нескольких метрах за спиной врага она заметила Люцифера, подающего ей знаки уходить отсюда. Абигор попался на крючок, осталось его правильно использовать. Взмахнув рукой, она бросила содержимое в глаза врагу. Она поступила глупо, что может сделать простой песок полубогу, но Абигор зажмурил глаза, это дало ангелу фору буквально в несколько секунд, не упуская шанс, она раскрыла крылья и последовала прочь с этого места, увлекая за собой врага. Люцифер остался не замеченным, и как в самых идеальных планах развития событий, покинул это гиблое место последним.

Афи добралась до открытого поля, за городом трава скрывала девушку по пояс, та лихорадочно оглядывалась и тяжело дышала. Страх пропал, девушку захватил адреналин, азарт от игры со смертью придавали ей небывалой силы. Абигор появился за спиной, но благодаря тому, что девушка без устали кружилась, она вовремя приметила врага. Не дожидаясь атаки со стороны врага, ангел напала первой, но ее меч ударил по вовремя поставленной стреле полубога. Белый свет удерживало огненное свечение, неприятный треск раздавался в тиши пустующего поля, от энергетического напряжения трава вокруг ангела и полубога увядала, образуя имитированный круг, средь высокой травы. Девушка прокрутила меч и снова атаковала. Абигор сопротивлялся, из-за отсутствия руки ставить защитный блок было сложнее. Афи яростно нападала, не давая и секунды покоя. Быстрые нападки со стороны противника притупляли реакции полубога. Два ранения напоминали о себе тупой, пульсирующей болью. Отражая нападки, Абигор стал отступать назад.

Люцифер ворвался на это поле быстрее стрелы. Как тигр, притаившись в траве, он выжидал удобного момента одолеть врага, как раз оказавшись за спиной противника, он с легкостью вонзил свой меч в его спину, обхватив рукоять обоими руками, изо всех сил потянул меч вверх, разрубая верхнюю часть врага надвое. Тот в свою очередь стал медленно таять, превращаясь в непонятную темную субстанцию, которая с хлюпаньем упала в траву и перестала быть видимой для присутствующих.

Напарники переглянулись, обоих обуяла неконтролируемая радость, от такой простой победы, они засмеялись в голос. Люцифер, с глупой улыбкой раскрыв объятья, выкрикнул:

— Мы победили Афи, это безоговорочная победа… Да сказки про него дольше придумывали, чем мы от него избавились.

Ноги сами понесли ангела в объятья дьявола. Изо всех сил она обхватила напарника за плечи. Так они и стояли в лучах заходящего солнца, на прекрасном зеленящемся поле. Сладость победы добавляла особенный оттенок этим объятиям. Чувства радости и легкости внутри них разливались рекой и пронизывали до костей.

11

Люцифер и Анафиэль находились на вершине горы, откуда открывался вид на ночной город. Бесконечность огней окутала его, придавая ему сияние, желтый блеск, словно кто-то рассыпал золото под лучами палящего солнца; свет фар спешащих куда-то машин давал городу еще больше блеска; неоновые вывески кафе и магазинов придавали оттенки других цветов; город казался еще ярче еще красивее. Пара сидела на небольшом сером камне, чтобы уместится на нем вдвоем, им пришлось потесниться, и сесть друг к другу настолько близко, что их плечи соприкасались. Взгляд Афи был направлен на небо, такое величественное, притягивающее взгляд. Темно синее небо, усыпанное мириадами звезд, она ни о чем не думала, а просто наслаждалась моментом, огнями ночного города, сиянием звездного неба. Ангел улыбнулась, и на ее лице появились слегка заметные ямочки. Люциферу казалась, что они появляются только тогда, когда Афи улыбается именно ему. Словно они не для всех, что-то настолько интимное, что может разглядеть только он. Люцифер не мог понять в какой момент это невинное создание, заполненное непонятными правилами, предрассудками, занудная небесная служительница, беспрекословно верившая создателю, на столько что даже не понимала своих истинных мыслей и желаний, смогла затронуть его сердце до такой степени, что он чувствовал невыносимую боль от мыслей о прощании. Не в силах выдерживать эту гнетущую для дьявола тишину он заговорил.

— Никогда не верил существование Игнеса. Я думал, что создатель выдумал эту сказку, чтобы показать своё величество и милосердие, что-то типа «вот, посмотрите, я не убил врага, а запер, посмотрите, какой я милосердный добряк и поклоняйтесь теперь мне до скончания веков.»

Весь этот саркастический поток слов в Афи не вызывал как прежде негатива, наоборот подача истории дьявола ее немного смешила.

— Это миф, мне всегда так говорил отец, он никогда не хвастался, что он сделал что-то такое. Но раз части этих историй дошли до нас, значит, он все-таки кому-то рассказывал. Хотя я не понимаю, как Игнес мог выбраться, отец умело запечатывает двери, ты же так и не смог попасть на небеса.