Мое сердце начало биться быстрее, потому что у меня было отчетливое ощущение, что мне не понравится то, что я сейчас увижу. Я нажала на первую фотографию, чтобы увеличить ее. На ней был Дейн, стоящий в профиль на пороге дома. В дверях стояла стройная брюнетка, одетая только в майку и шорты. Мой желудок медленно ухнул.

Боже, пожалуйста, пусть это будет не то, о чем я думаю.

Облизнув губы, я увеличила вторую фотографию. Объектив камеры был увеличен так, что я могла увидеть Дейна внутри дома. Он стоял в гостиной лицом к брюнетке, которая была всего в метре от него. Я перешла к следующей фотографии. Теперь они стояли ближе, и его рука обхватила ее подбородок. В груди у меня все сжалось, и я с трудом сглотнула.

На следующей фотографии… о Боже, она как раз снимала свою майку. Я с шипением выдохнула и закрыла глаза. Я не хотела смотреть на другие фотографии. Разве я не увидела достаточно?

Нет, нет, я должна знать, что еще там можно увидеть.

Я глубоко вздохнула и продолжила просмотр фотографий. Следующие два снимка также были сделаны у нее дома, но они явно были сделаны в другой день, чем первые три — ее одежда и одежда Дейна были разными. На этот раз они были не в ее гостиной.

Они были в ее чертовой спальне.

Я так крепко сжала мышку, что удивилась, как та не треснула. На одном снимке она и Дейн стояли возле ее кровати лицом друг к другу, и он держал в руках розовый свитер… как будто он только что снял его прямо с нее. На следующем снимке она стояла перед ним на коленях, склонив голову в несколько покорной позе, волосы закрывали ее лицо.

Так что, он увлекался БДСМ или что-то в этом роде? Была ли она сабмиссивом? Его сабмиссивом?

У меня начали дрожать руки, пока я пыталась сфокусировать курсор на седьмом снимке. Наконец я вывела изображение на экран и, удивленно моргнув, увидела, что местоположение изменилось. На нем был изображен Дейн, идущий к большому черному зданию. Его костюм снова был другим.

Я сморщила нос. Я не узнала это место, и оно не было окружено другими зданиями, так что я даже не могла догадаться о районе.

Я нажала на восьмую фотографию, надеясь, что она даст мне какие-то подсказки, но на ней было видно только как он исчезает в том же здании. Прикусив губу, я увеличила последнюю фотографию; это было изображение того, как он выходит из заведения, его галстук болтается в руке, а воротник рубашки расстегнут.

Совершенно не понимая, почему кому-то пришло в голову прислать мне последние три фотографии, я получше рассмотрела здание. Над дверью висела табличка, на которой что-то было написано красными и золотыми буквами. Я увеличила изображение. Клуб «Эйфория».

Я никогда не слышала о таком.

Я запустила онлайн-поисковую систему на своем мобильном телефоне и набрала название клуба. Просмотрела список результатов и нашла клуб с таким названием, базирующийся в Редуотер-Сити. Секс-клуб. Это был гребаный секс-клуб.

Желание швырнуть компьютер на пол было таким сильным, что мне пришлось отойти от стола. Тяжело дыша, я потерла ноющую грудь. Неужели я в самом деле буду заводиться из-за пустяков? Это вполне могли быть старые фотографии.

Крепко ухватившись за эту мысль, я проверила метаданные каждой картинки. Предположительно, они были сделаны в прошлом месяце. Но эта информация может быть подделана, верно? Наверное. Я недостаточно разбиралась в метаданных, чтобы быть уверенной.

В любом случае, когда у него была возможность тайком встречаться с другими женщинами? Он все время был занят, ходил на встречу за встречей.

И, вплоть до прошлой недели, проводил много вечеров в одиночестве в «o-Verve». А потом были эти встречи за ужином, которые тянулись допоздна. У меня кровь застыла в жилах. Что, если он на самом деле не проводил так много вечеров в «o-Verve», что, если эти встречи на самом деле не затягивались допоздна? Что, если он встречался с ней? С той брюнеткой. И что, если он баловал себя в клубе?

Схватив ежедневник, я проверила даты на фотографиях рядом с датами в его расписании. Мой желудок сжался. У него действительно были встречи за ужином в те вечера, когда он — если верить фотографиям — навещал брюнетку.

Однако в тот вечер, когда он предположительно был в секс-клубе, запланированной встречи не было. Закрыв глаза, я мысленно вернулась в тот день: вспомнила, как Дейн резко отклонил мое предложение разделить с ним пиццу, вспомнила, как он заявил, что ему нужно вернуться в «o-Verve», и он будет есть там. И если фотографии были датированы правильно, он, черт возьми, солгал.

Несмотря на то, что мне было больно, я снова пролистала фотографии, как будто могла каким-то образом увидеть что-то, что убедило бы меня, что меня разыгрывают. Они могли бы положить флешку в шкатулку для драгоценностей, словно информация была подарком, но они сделали это с намерением причинить мне боль настолько, чтобы заставить меня уйти от Дейна.

Я внимательнее вгляделась в каждое из изображений, пытаясь прочесть выражение его лица. Независимо от того, как близко он стоял к брюнетке, он никогда не выглядел возбужденным или похожим на мужчину, который предвкушает секс. Но он прикасался к ней.