— Ну только если Каринку, вот если она занята будет, то вот лучше совсем никого не надо. Хорошо? — он, выходя из комнаты, столкнулся с кем-то в коридоре и поругавшись в три этажа, напомнил хозяину общего дома. — Гарилыч, два часа, не больше!

***

Старое фермерское хозяйство в своё время развивалось широким шагом, покуда война не стала всеобщей. В большой коровник, построенный по всем технологиям довоенного времени, так и не вступало ни одно копыто скотины. Теперь тут одна часть была отведена для всяческих боевых тренировок с уймой разнообразного кустарного реквизита, а вторая имела исключительно производственно-техническое предназначение, и представляла собой большой зал с двумя рядами колонн, рядами столов, верстаков и нескольких электромеханических станков. Почти все эти станки уже были переделаны на ручной привод. На одном из таких станков при свете различных типов свечей двое не молодых мужчин заканчивали сверление в нескольких пластинах стали.

— Мужики, добрый вечер! — войдя в цех, с уважением поприветствовал всех Рапира. — Зам у вас? Говорят, к вам пошёл.

— А! Вернулся, что ли? — узнал гостя по голосу тот, что сидел где-то над станком интенсивно крутя педали его привода. — Как сходил в этот раз?

— Очень удачно в этот раз. Вот ищу Зама, рассказать. Заходил он к вам?

— Да, был. Как уж теперь без него-то? Минуты за две до тебя вышел. Могли бы и пересечься на входе, по-моему.

— Разминулись, — вздохнул тот и собрался на выход. — А вы чего теперь в темноте даже точите железки? Срочность вдруг какая образовалась? Что это будет?

— Ну знаешь же сам, чего спрашиваешь?! — раздраженно ответил второй механик. — Издеваешься, что ли? Иди, догоняй Зама, не мешайся тут.

— Нет, правда, — удивился такому отвороту посетитель. — Я вообще даже не догадываюсь.

— Да, заказ нам срочный, — пожалел Рапиру первый механик. — Девятнадцать самострелов сотворить да болтов к ним уйму. А сроку осталось дня три.

— Уже два дня осталось, — фыркнул второй. — Крути давай. Нам ещё на закалку пружины ставить.

— А что ещё за самострелы такие?! — удивился тот.

— Во даёт! — ухмыльнулся изрядно потеющий на велостанке первый механик. — Ты ж сам в том месяце его нам принёс, чтоб повторить смогли. Забыл?!

— Арбалет, что ли?!

— Арбалет, арбалет, — явно уже психуя отрезал второй. — Иди, давай, отсюда! Вот мешаешь же.

***

Уже через пятнадцать минут Рапира сидел на кухне в бывшем гостевом домике, который стал самопровозглашённой собственностью Зама. Они встретились где-то снаружи, и хозяин направил его к себе, ждать, пока тот не закончит личный обход и не вернётся к себе.

— Дождался? Хорошо, — вернувшись, начал Зам. — Так. Ну, ты уже понимаешь да? Поход будет через пару тройку дней.

— Да, я это понял. Я просто ещё хотел сказать…

— Да не надо мне ничего говорить! — строго перебил его он. — Откладывать это мы не будем! Этот удар мы нанесём безотлагательно.

— Опять залезем в топливный резерв? Надеюсь, это того стоит. Я хоть могу узнать какие-нибудь подробности? Хотя бы цели?

— Всё, теперь мы знаем, где база Партизан. И с этим наконец-то будет покончено!

— А что, если я тебе скажу, ещё одну хорошую новость? — с хитринкой спросил Рапира.

— Ну, говори. Чего спрашиваешь?

— Я нашёл свои бугорки.

— Чё, бля!? — усмехнулся Зам. — Ты обдолбанный, что ли? Мне вообще по хер что ты там у себя нашёл, хоть на лице, хоть на жопе! С чего ты решил, что я буду этому рад?!

— Это то место, где я служил в армии двадцать восемь лет назад. Мы охраняли какие-то бугорки в поле.

— А, ну да, ты рассказывал, — вспомнил начальник. — Ну и что там есть сейчас? Или уже всё разграблено?

— Я не смог попасть внутрь. Нужны инструменты, а главное — оружие.

— Оружие для кого? Там до сих пор охрана?!

— Ну, можно и так сказать. Медведь там матёрый, самец. Берлогу себе устроил.

— Вот и хорошо. Пускай охраняет пока, — потёр ладони тот. — Туда попозже пойдём. Поначалу с партизанами покончим. Кстати, возьми там карту, отметь как-нибудь место, чтоб я потом понять смог.

— Большой Мишка там живёт. Шерсть густая, шкура как броня. Дрянной успел ему в грудину с двух шагов дуплетом садануть, его даже не качнуло. Одной лапой за плечо, зубами за голову и порвал того по вдоль. Даже жилет не помог, кстати в нём боезапас добрый остался, забрать надо будет.

— Что!? — криком возмутился начальник. — Ты мне Дрянного угондошил!? Кто!? — он встал с кресла. — Я спрашиваю, кто тебе разрешил его брать?! Ёбаный ты пень! Это ж один из лучших воинов. Самый отпиленный, его вообще не остановить никому.

— Ну, походу не так оказалось, — опустив голову, гость тоже встал.

— Кто тебе разрешал его брать?!

— Да он и не спрашивал никого, сам пошёл, от скуки наверно. Ты ж говоришь, его не остановить никому вообще.

— Да ты понимаешь, дебильным своим мозгом, что таких как ты против него надо десяток ставить?! — он с досады швырнул в него какой-то предмет, что попался под руку. — Я сейчас с кем пойду на партизан твоих?!