Американцы стояли перед ними и что-то ждали. Шестеро в зимнем камуфляже держали экспедицию под прицелом винтовок. А их начальник, тоже камуфлированный бегемотоподобный негр с мясистым лицом и шевроном мастер-сержанта медленно прохаживался взад-вперёд вдоль строя, презрительно выплёвывая:

— Damn the snow, damn Russian frost, damn Siberia with stupid barbarians! (Проклятый снег, проклятый русский мороз, проклятая Сибирь с тупыми варварами!)

Послышался скрип снега под быстрыми шагами, и в поле зрения появились ещё двое солдат. Обыскивали транспортёр, догадался Зотагин. Ленка из себя выйдет, если в кабине насвинячили.

— There's no one else here. All clear, (Здесь больше никого нет. Всё чисто.) — доложили они.

— Good! Proceed to the guarding, (Хорошо! Приступайте к охране.) — ответил им сержант и медленно, вглядываясь в лица, прошёлся вдоль строя. — Which one of you is Arseniy Zhagrin? (Кто из вас Арсений Жагрин?) — спросил он.

— Я! — громко отозвался бригадир, делая шаг вперёд из строя. — Retired Captain of the Siberian Self-Defense ForcesArseniy Zhagrin at your service, sir! (Капитан Сил Самообороны Сибири в отставке Арсений Жагрин к вашим услугам, сэр!) — доложил он.

— Ну прям, как на параде, — зло прошептал кто-то справа от Зотагина.

Сержант подошёл к бригадиру, остановился напротив и, выпятив толстые губы, внимательно изучил его с головы до ног. Они были совсем близко от Зотагина, поэтому и он успел рассмотреть сержанта. У афроамериканца было тяжёлое лицо с приплюснутым носом, жирно лоснящееся под слоем мази от мороза. Покатый лоб наполовину скрывал срез тактического шлема, обвешанного приборами, чьё назначение Зотагин не знал. Зато радужная нашлёпка над нашивкой с именем на груди сержанта говорила сама за себя. Потому-то, наверное, этот Остин Ллойд, как сообщала эта именная нашивка, и недовольно поморщился при обращении к нему “сэр”. Теперь же сержант изобразил губами улыбку.

— I express my gratitude to you! You are a true patriot! (Выношу тебе благодарность. Ты настоящий патриот!)

— God bless America! (Господи, благослови Америку!) — рявкнул Жагрин.

— Very good, Captain, very good!(Хорошо, капитан, очень хорошо!) — рассеянно кивнул сержант, теряя к бригадиру интерес. — Which of you are Chinese? Step forward! (Кто из вас китайцы? Шаг вперёд!) — приказал он и, махнув ладонью, отправил Жагрина обратно в строй.

Люди Фан-Цзыня вышли вперёд. Ничего другого им не оставалось. “А Ленка-то зачем с ними вышла?” — удивился про себя Зотагин. Потом вспомнил, что она тоже из Китая. Это что же, ему теперь одному «Витязем» рулить что ли?

— These on board the helicopter, (Этих на борт вертолёта.) — бросил мастер-сержант Остин. — Let's get out of here. (Уходим отсюда.)

Сержант вышел из-за деревьев на прогалину и, проваливаясь в снег, грузно потопал к вертолёту. За ним рейнджеры повели китайцев. Двое замыкающих процессию солдат, неуклюже пятились, держа под контролем оставшихся. “Пронесло!” — облегчённо выдохнул Голубчик. Остальные тоже зашевелились, встревоженно перешёптываясь. Возле бригадира как-то сразу образовалась пустота. Голубчик истово крестился на заснеженные деревья. Леонид зажмурился и, тяжело дыша, привалился к гусенице. Неразлучникам было непривычно без оружия. Не знали, куда деть руки.

— And what about them, Master Sergeant? (А с ними как быть, мастер-сержант?) — вдруг донеслось до них. — Are we really going to leave it here like this? (Неужели так здесь и оставим?) — спросил сержанта кто-то из рейнджеров.

Остин остановился и оценивающе посмотрел на остающихся.

— Don't drag them into the helicopter, (Не тащить же их в вертолёт.)— пожал он плечами после секундного раздумья. — Let's leave them here. Albright!Put things in order here, but quickly. Very cold. (Оставим их здесь. Олбрайт! Наведи здесь порядок, только побыстрее. Очень холодно.)

—Yes, my good! (Да, мой хороший!) — откликнулся один из рейнджеров. Афроамериканец, как и сержант. Пулемёт в его руках выглядел игрушечным.

— Do it! I know you like it! (Выполняй! Знаю, тебе это нравится!)

— Yes, my sweet! I'll do it and catch up right away! (Слушаюсь, мой сладкий! Сделаю и сразу догоню!)Well, rabbits, let's dance! (Танцуйте, кролики!) — рейнджер для лучшей опоры расставил чуть согнутые в коленях ноги, передёрнул затвор пулемёта и приготовился стрелять от бедра. Точнее, хотел приготовиться. Но не успел.

Не успели испугаться и те, кого он назвал кроликами.

Непонятная сила накрыла прогалину плотным снежным зарядом. Таким плотным, что нельзя было разглядеть даже пальцы собственной руки. Всё происходило в полной тишине. Или оттого, что все вдруг оглохли. Когда же через пару секунд заряд сошёл, с изумлением обнаружили, что вокруг снежная пустыня даже без намёка на деревья, а над горизонтом сквозь туманную дымку яичным желтком теплится солнце. Потом вернулся слух. Ворвался завыванием сильного ветра, громкими истошными криками со стороны бывшей прогалины и странными звуками, будто где-то с хрустом выбивают пыль из сотен ковров. Причём всё ближе и ближе.