— И такого найдем. — Василиса протянул руку к капсуле с именами, около которой уже находился невидимый для окружающих Кот.

Барабан начал вращаться. Из вороха записок всплыла одна, которую и зачитал Нааг.

— Пэйт, принцесса сапфирового престола.

— Не Академия, а инкубатор для наследников! — Хмыкнула ведьма.

Царевич закашлялся. В первом ряду поднялась девушка. Ее фиолетовые волосы волнами мягко струились по тонкой фигуре, а фиалковые глаза не имели такого презрительного оттенка, как у старшего брата. Драконица под недовольным взглядом Сапфира неуверенно поднялась на сцену.

— Невитар, на тебе защита. — Иван сделал несколько пассов руками, и на сцене появились ударная установка и синтезатор.

— Никто не посмеет вас тронуть. — Голос Пэйт прозвучал четко, но слегка смущенно. — Пока я с вами.

Парни дружно кивнули, но явно не поверили, а Василиса доброжелательно улыбнулась драконице и повела пальцами. Сцену отделил мерцающий туман. Невитар и Иван шагнули в переливающуюся пелену, и с другой стороны вышли уже одетые в светлые льняные брюки и такие же рубахи-косоворотки со славянской вышивкой по вороту. Парни оглядели себя и одобрительно кивнули. В руках царевича появилась электрогитара. Невитар занял место за ударной установкой.

Василиса взяла за руку восхищенную принцессу и шагнула с ней в туман. Девушки вышли в белых свободных льняных платьях, подпоясанные тонкими поясками и такой же вшивкой. Распущенные волосы легли на плечи красавиц мягкими волнами, а на головах появились венки из полевых цветов. Ярко синих васильков у царевны, и солнечной ястребинкой у драконицы.

Ребята стояли на краю луга с еще нескошенной травой, среди зелени которой выглядело разноцветье цветов. Рядом виднелась березовая роща. Ветерок легко играл в листвой. По голубому небу неторопливо плыли облака.

— Играем Вивальди, «Гроза». — Василиса подмигнула Пэйт и Невитару. — Зажжем! И пусть весь мир подождет.

Царевна повернулась к зрителям, и в руках девушки появилась скрипка. Иван ударил по струнам. Музыка привела в замешательство всех. Скрипка соперничала с гитарой и синтезатором. Ударники задавали ритм, поддерживая то один, то другой инструмент. Люди и драконица, казалось, не замечают никого, наслаждаясь музыкой.

А зрители? Они как заколдованные, не могли оторвать взгляд от сцены.

Тихий летний день преображался на глазах. Вторя тревожным аккордам, по небу начали свой бег облака, объединяясь в единое целое, вспучиваясь и темнея. Волны некогда белой пены превратились в зловещие свинцовые тучи, закрывающие прекрасный небосвод. Миг и последний солнечный луч погас, обрекая землю на одиночество. Вся природа словно замерла, словно ожидала неотвратимого.

Ветер на поляне усиливался, заставляя березы колыхать в тревоге своими тонкими ветвями, а стебли травы и цветов пригибаться к самой земле. Вся поляна превратилась в зеленое озеро, по глади которого прокатывались ковыльные волны, гонимые порывами нарастающей бури. Удар молнии расчертил небосвод и ушел вглубь Земли, как изогнутая стрела, пронзившая самое сердце. И этому вторил громовой раскат.

Еще одна вспышка, потом еще и еще. Молнии одна за другой освещали грозовые тучи изнутри, рисуя неведомых животных и пейзажи.

Упала первая капля дождя, ударившаяся о листик березы и разлетевшаяся в стороны мириадами искр. Вслед за сестрой полетела вторая и третья… И вот уже сотни капель устремились к Земле. Омывая ее израненное тело, смывая с ее покровов всю тревогу вместе с жаром и пылью.

Ливень. Он шуршал листвой, стучал о ветки, протискивался сквозь травы, чтобы поцеловать землю, проникнуть в нее, напоив, насытив, наполнив до краев тем торжеством и радостью свободы, на которую способно только небо.

Гроза уходила также внезапно, как и налетела, унося с собой живительную влагу. Края грозовой тучи распадались, возвращая этому миру солнце .играющее солнечными зайчиками на каплях воды. Уже не видны вспышки и не слышны глухие раскаты…

Небо, голубое, чистое, прекрасное…

И РАДУГА, перекинувшаяся через поляну, и теряющаяся где-то в центре березовой рощи…

В зале установилась гробовая тишина.

Ребята на сцене подошли друг к другу и обнялись. Даже первокурсница с фиалковыми глазами, поймав этот порыв, это единение душ, не стесняясь, обнималась с ними, как будто знала и уже тысячу лет.

Магия рассеивалась, унося с собой и летний пейзаж, развеивая инструменты и возвращая изначальный внешний вид музыкантам.

— Это так здорово! — Глаза Пэйт сверкали от возбуждения. — Но почему все молчат?

— А, тебе не все равно? — Царевич подмигнул драконице. — Рад знакомству, ящерка. Ты своему братцу и в подметки не годишься!

— Я еще держу щит. — Невитар подал руку принцессе.

— Снимай уже. — Василиса зажала рукой бабушкин кулон и угрожающе окинула взглядом зал. — Посмотрим, чем для шутника все обернется.