Иду в зону спальни, здесь окно на другую сторону выходит, открываю нараспашку.

Внизу козырек над входом в магазин на уровне первого этажа. Должен выдержать. Выбора у меня все равно нет.

Забираюсь на подоконник, один вдох.

Прыгаю.

Нога соскальзывает с покрытия. Слетаю с козырька и падаю на асфальт, благо успеваю сгруппироваться и смягчить удар.

Поднимаюсь и сразу срываюсь на бег, скрываюсь в арке и выруливаю к небольшой парковой зоне.

Со стороны может показаться, что я заядлая любительница спорта, вышедшая на пробежку. В обычные будни так и есть. Но сейчас у меня ощущение, что я прохожу бег с препятствиями на выживание, а время, выделенное мне на прохождение, утекает как песок сквозь пальцы.

Сворачиваю в дворы и петляю… петляю…

Хотя никто за мной и не гонится.

Добредаю до детской площадки, на ней пусто. Осень, холодает.

Сажусь на качели. Отталкиваюсь, цепи скрипят по нервам. А на душе скребутся кошки.

Зря ты Илью бросила в полном неведенье, Коган. — Говорит обвинительно сердце.

Если б не бросила, поставила бы его под удар. Не позволил бы он рисковать, когда обо всем узнал, а так, пока из искры не разгорелось пламя, есть шанс. Все решить без лишних жертв… нужно только добраться до отца. — Шепчет успокаивающе разум.

Да нужно.

Только вопрос как?

Ни денег. Ни телефона.

Успокаивает только то, что я знаю где отец — в четвертой больнице. Спасибо болтливому Коле. Чтоб его в аду черти поджарили!

— Эй, мелкий, ты чо себя Рэмбо возомнил?! Или Джеки Чаном? Думаешь крутой? Да мы тебя за такие финты в асфальт сейчас закатаем!

Доносятся до меня голоса подростков.

Поворачиваю голову: трое парней лет пятнадцати зажали возле арки пацана немного помладше. Двое держат мелкого за руки, не позволяя дергаться, третий вытирает кровь с разбитого носа.

Эх, не порядок…

Поднимаюсь с качели, направляюсь в их сторону.

— А нечего собак мучить! — Кричит зло мальчишка. — Живодеры!

— Да срать я хотел, чо там с этой псиной! — Гнусавит тот, что с разбитым носом, видимо главарь этой гоп — компании. — Мы блогеры, видео снимаем, ты нам такой контент запорол, а еще камеру разбил. Пиз*юк мелкий! Тебе хана! Пацаны, тащим его за гаражи, там с ним разберемся.

— Никуда вы его не потащите. — Останавливаюсь в метре от них. Окидываю компашку взглядом, в мелком узнаю своего ученика Давида Русакова.

Молодец, Давид, что за слабых заступаешься, да только не дорос ты пока до весовой категории этих мудил малолетних.

— Ты еще кто такая? — Оборачивается подбитый. — Иди куда шла или ща тоже по морде отхватишь!

— Силенок не хватит. — Ухмыляюсь из-под капюшона. — Пацана отпустили. Я ментов вызвала. — Блефую, надеясь решить конфликт мирно.

— Ха, ментов! — Усмехается нагло запердыш. — У меня батя — глава местного РУВД, сучка! Так что ментами меня не пугай.

— Эх, совсем молодежь отмороженная пошла. — Горестно вздыхаю. — Никакой управы. Хотела по — мирному все разрулить, но похоже не судьба. — Разминаю руки. Парни, насторожившись, следят за моими движениями в недоумении.

— Кира Михайловна…? — Неверяще пищит Русаков.

Прикладываю палец к губам, чтоб не палил меня. Мальчик понятливо умолкает.

— Вы позор своих отцов и матерей, раз позволяете себе обижать беззащитных и толпой нападать на слабых. Вы обыкновенные отморозки и такими на всю жизнь и останетесь. Позором своей семьи. — Говорю ровным тоном, пытаюсь спровоцировать самое слабое звено на действия.

— Тоже мне, заступница слабых и обездоленных нашлась! — Замахивается на меня, собираясь ударить главарь пользуясь тем, что ближе всех.

Наступаю ему на ногу, перехватываю руку в полете и вывожу на болевой. Выкручиваю запястье, заставляя зазнавшегося отморозка упасть на колени прямо в лужу, вырубаю его точным отточенным годами ударом в шею.

Не теряя ни мгновения подлетаю к шокированным подросткам, хватая за куртку вырываю из захвата хулиганов Давида, задвигаю ученика себе за спину.

Один из прихвостней, почуяв опасность, встает в поставленную уверенную стойку.

Боксер. Молодой еще. Мне точно не ровня.

Неожиданно для всех ухожу вниз и ударом ноги в колено «роняю» неумелого зеленого боксера.

Слабое место у боксеров тренированных и обученных биться по правилам ринга — это ноги.

В уличной драке ни правил, ни судьи. Здесь царит беспредел. Либо ты, либо тебя. Какими путями добьешься победы над противником не имеет значения. Вам не повезло, пацаны. Я обучалась не только самбо на ковре, но и уличным дракам в подворотне. Райончик, где я провела свое незабываемое детство, был еще той адовой задницей мира.

Дорабатываю его ударом в нос, не сильным, кость не сломана, но звезды точно словил, в ближайшие пару часов без головокружения ровно стоять не сможет, а значит не соперник.