Шрифт:
Что ж ты наделала, Кира?
Как потерянный брожу по квартире, все еще надеясь, что все это ошибка, и она, мое наваждение, где — то здесь. А все это я сам себе напридумывал.
Кира, не вырывай кусок сердца в которое пробралась. Я же не смогу без тебя больше…
Ну же, Кир, дай мне надежду…
Взгляд цепляется за листок бумаги на кухонном столе, как за инородную вещь, которой здесь раньше не было.
Подлетаю, беру в руки пытаясь вникнуть безумным взглядом в смысл нескольких строк.
«Илья, ты можешь услышать обо мне разного рода мерзкие вещи. Но все это — ложь. Как только со всем разберусь, обещаю, вернусь к тебе, мой не Муромец… Ты не обязан, но все же прошу — Верь мне. Люблю тебя, твоя Кира…»
Листок в руке непроизвольно сжимается.
Выуживаю из сумки телефон и набираю Макара.
— Возвращайся. Появилось срочное дело.
Глава 15
КИРА
Пока Ильи нет, беру в руки кружку с недопитым чаем и прибавляю звук а телевизоре, который до этого работал фоном. Бездумно переключаю каналы, размышляя о дальнейшем.
Сейчас Илья принесет обещанный телефон и я смогу связаться с отцом, и возможно, очень надеюсь, смогу положить конец всей этой абсурдной ситуации с Колей. Чтоб ему пусто было!
И вот тогда я смогу вздохнуть полной грудью. Вернуться к своей прежней жизни, работе и… попытать счастье в личной жизни и построить полноценные отношения с Ильей.
Мой не Муромец…
С ним мне впервые в жизни так хорошо и спокойно, как будто я, наконец нашла своего человека, своего мужчину, которого и не надеялась обрести. И теперь у меня появился шанс построить семью…
Эх, мечты, мечты…
И тут же все мои розовые мысли разбиваются о черную задницу реальности.
Как будто подгадав, натыкаюсь на выпуск местных новостей, и на экране лицо того, кого я бы хотела лицезреть меньше всего на свете.
— Николай Николаевич, как состояние вашего отца? Каковы прогнозы врачей? — Задает вопросы моему ненавистному братцу молоденькая журналистка.
— Пока что стабильно критическое. — Вещает наглая морда с экрана. — В данный момент отец в сознании и чувствует себя гораздо лучше. Врачи четвертой городской больницы лучшие специалисты города, и я им очень благодарен.
— Вам известны какие — то подробности покушения? Возможно за это время установлены личности причастных или организаторов?
— Что ж… раз представилась возможность воспользоваться содействием СМИ, то почему бы не поделиться последними новостями. — Приторно ухмыльнулся гаденыш. — Нашей службе безопасности в сотрудничестве с правоохранительными органами удалось выяснить личность одной из причастных к покушению на жизнь моего отца девушки. Ее имя — Кира Коган. — На экране высвечивается моя фотография, сделанная во время городских соревнований. — Я от лица своей семьи прошу посодействовать граждан нашего города в поимке преступницы. За любую информацию о ее месте нахождении будет выплачено вознаграждение. Телефоны и соцсети, по которым вы сможете с нами связаться, высветятся на экранах.
— Мр-р-разь… — Трещит пульт в моей руке. И я выключаю чертов экран.
Подрываюсь на ноги, и нервно брожу по квартире, вцепившись в волосы.
— Господи, он же подставил меня… решил выставить организатором покушения! — Доходит очевидное. — Теперь меня будет искать весь город! Если останусь, Илью тоже может зацепить…
Нельзя этого допустить!
Как ошпаренная бегаю по квартире, быстро одеваю штаны, кроссовки, футболку. Выуживаю из сумки Ильи огромных размеров худи, капюшон поможет скрыть лицо.
Надеваю чертов белокурый парик, очки в карман, на улице надену.
Забегаю на кухню, вытаскиваю из ящика блокнот и ручку, которые нашла когда изучала содержимое.
Пишу письмо. Короткое, но искреннее.
Боже, не дай мне потерять Илью из-за чужой клеветы,
Пусть он мне поверит. А я потом все-все ему объясню и обязательно заглажу вину. Пожалуйста, небо, побудь на моей стороне.
Оставляю листок на видном месте.
Подхожу к окну, Илья все еще что-то бурно обсуждает со своим, как я поняла бывшим сослуживцем возле его машины.
Время есть. Уйти незамеченной успею.
Вырываю флэшку из тайника и прячу в карман под замок.
Почему все Илье не рассказать? По честному открыться.
Так ведь не отпустит!
И сам попытается помочь! А я не хочу его подставлять! Я лучше сама сдохну, чем позволю моему не Муромцу навредить.
А когда все закончится, я надеюсь, что он простит мне мой побег.
Только надежда у меня и осталась.
Вчера я заметила, как Илья выложил пистолеты в выдвижной ящик тумбочки, стоящей в коридоре. Всего их два: один — Ильи, а второй мой, прихваченный из гелека. Осталось пять пуль. Забираю его с собой, засовываю ствол за пояс, под огромным худи его не видно.