— Заткнись, Джиа, это не шутки.

— А я серьезна!

— Так, дамы. От того что вы спорите, лучше не станет, — осадила их доктор Патель.

— Простите. Просто… Я расстроена тем, что из неотложной помощи меня послали сюда, и теперь счета копятся, а медицинской страховки у меня не будет, пока…

— Сомневаюсь, что Центр неотложной помощи выставит вам счет. Вам нужна МРТ, а у них нет таких аппаратов. Потому они и послали вас сюда.

— Но ведь мы сделали МРТ, и вы сказали, что результат вам ни о чем не говорит, — озадаченно сказала я.

— Нам вообще никто ни о чем не говорит, — вставила Джиа.

— Я сказала, что результат МРТ не говорит ничего определенного. Вы сможете полчаса полежать неподвижно?

— Да, мэм, — кивнула я, чем заслужила еще один неодобрительный взгляд.

— Совершенно неподвижно. А вы — Джиа? — почему бы вам не посидеть снаружи, а я пришлю кого-нибудь за вами, когда мы закончим.

— Хорошо. Скоро увидимся, Лэйни.

— Что-то долго ее нет, — проворчала Джиа.

— Эй, я тут сижу на двадцать минут дольше, чем ты. Во время ЭЭГ она притащила сюда еще нескольких врачей, потом тебя, потом они все ушли.

— Уверена, все в порядке, Лэйни. Если б что-то было не так, тебя бы уже везли на каталке в интенсивную терапию.

Свесив ногу с кушетки, я болтала ей туда-сюда.

— Не нагнетай. Может, они вообще ничего не нашли.

— Точно, мы даже не знаем, есть ли у тебя мозги.

Я толкнула ногой стул, на котором сидела Джиа.

— Ты такая сучка, — мне не удалось сдержать смех.

Мы услышали стук в дверь, и в кабинет вошло четверо врачей. Лица у них были серьезными и лишенными всякого выражения. Все смотрели на меня. Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

— Что? Что вы нашли? Я умираю? Я теперь всегда буду вот так?

Посерьезнев, Джиа пододвинулась ко мне и взяла мою руку.

— Ты не умираешь, — шепнула она.

— Элена, — начала доктор Патель, — нам нужно, чтобы вы остались в больнице еще на какое-то время.

— Поче… Надолго?

Она обменялась взглядом с другим врачом.

— Это доктор Берг. Он невролог. Он бы хотел провести еще несколько тестов вашего мозга.

— Что не так с ее мозгом? — спросила Джиа с отчетливо различимой злостью в голосе.

Доктор Берг сел на другой стул и подкатился поближе к кушетке. Он изучал меня так внимательно, что мне стало не по себе. Будто он думал, что я пытаюсь провернуть какой-то трюк.

— Если быть честным, мисс Ортега, мы не можем понять или объяснить то, что с вами происходит.

— Что показало обследование? — спросила я.

Прежде чем ответить, он оглянулся на другого врача и получил утвердительный кивок.

— ЭЭГ показало минимальную активность мозга.

Я отодвинулась подальше от изучающего взгляда врача.

— Как это возможно? Я по большей части нормально себя чувствую. Хожу и разговариваю.

— Именно это и сбивает с толку, честно говоря, — вмешалась доктор Патель. — Помните, как я просила вас пройтись по кабинету во время обследования? Как я ущипнула вас? Как вы читали и пересказывали отрывки текста? Обычно мы не просим этого делать во время ЭЭГ.

— Ну, и каковы результаты? — спросила Джиа.

— Неопределенные, — скрестив руки на груди, ответил доктор Берг. — Мозговая деятельность почти отсутствует.

— Это значит, что я… функционально мертва или типа того?

— Нет, о, нет, мисс Ортега. Вы очень даже живы. Мы вызвали специалиста из Бельгии, он должен прилететь послезавтра.

— Из Бельгии? — я соскочила с кровати и начала натягивать обувь. — Это звучит очень дорого. Идем, Джиа, мы уходим.

— Элена…

— Мисс Ортега, пожалуйста, умоляю вас…

— Нет. Назначьте этот прием после 14 января. Тогда у меня будет страховка.

— Но…

— Джиа, ИДЕМ.

Они пытались помешать нам покинуть кабинет, крыло, этаж, даже спустились за нами в вестибюль. Доктор Патель шла за нами до парковки, но я отказалась остановиться или даже выслушать, что она хотела сказать.

Мы забрались в машину и захлопнули двери.

— Увези меня отсюда, — пробормотала я, и Джиа тронула машину с места.