Колонна приблизилась к воротам. Последняя машина убавила обороты до минимума. Настали тяжёлые минуты ожидания. Ворота стояли как влитые.

— Ну что же ты? — Думал я про себя. — Неужели ничего не вышло?

Меня одолевали предательские мысли. Но я должен был держаться уверенно, обязан, ради своих людей.

Как только я смирился с мыслью о попытке безуспешного штурма стен, как приводы системы ворот заскрежетали, механизмы напряглись и ворота медленно поползли вверх, открывая нам путь. С боку внутри стояли фигуры в военной форме. Одна из них махала нам рукой.

— У него все получилось. — С облегчением подумал я и отдал приказ к продолжению движения.

Мой план сработал. Как только я уехал, Федор и другие доверенные командиры начали свою работу по подготовке восстания. Нас поддержали все рабочие классы: врачи, техники и рабочие. Мои предложения о поддержке религии дали свои плоды. Эрик Фед был полностью прав, людям необходима была вера. Она дает им силы и волю, желание жить и добиваться новых высот. Без веры человек пуст, как дерево с полым стволом.

Старая вера очень подходила городу. Множество богов с одним верховным божеством. Каждой касте был необходим покровитель, и теперь он у них был. Каждый человек получил надежду на светлое будущее. Больше не будет гонений за веру и вероисповедание.

Священники, волхвы и служители божьи провозгласили меня пророком. Мне это не очень нравилось, но люди нуждались в сильном лидере и покровителе, которым я стал. Мои нечеловеческие способности отнесли к воле Божьей, человек — не мутант, человек — мессия.

Своими трудами я положил начало оппозиционному движению, и теперь мы вместе пожинаем его плоды. Стало действовать множество подпольных храмов и служб, была организована целая сеть распространения духовных текстов и писаний. Народ сплотил мой призыв, когда он был нужен.

Федор собрал все военные силы, служители веры подняли народ. В итоге общими усилиями власть учёных была свергнута. Многие из ученой касты решили примкнуть и помочь перестройке, так как сами были участниками собраний и молились в храмах. Лишь немногие предпочли смерть подчинению новой власти. Все уровни города были освобождены от власти ученой элиты, лишь центральный шпиль держал оборону и не поддавался штурму.

— Они забаррикадировались там. — Федор стоял рядом со мной, перед нами лежала схема города. — Мы можем подорвать его.

— Нет. — Категорически отказал ему я. — Такого не будет. Мы не станем ничего рушить.

Федор удивленно смотрел на меня.

— Мы отключим питание, тем самым выключим систему вентиляции и поднимемся по ней. Группы будут состоять из пары человек. Они и откроют все двери.

На этом мы и решили. Подготовкой к штурму занялся Федор. Я тем временем направился домой к Алисии.

Алисия была удивительным ребенком и всегда все понимала. За все эти годы она стала мне родной дочерью. У меня не могло быть детей, и я знал, что кроме неё у меня детей никогда не будет.

Как только я вошел, она, ни о чем меня не спрашивая, просто подошла ко мне и обняла. Так мы и стояли, молча рыдая. Воспоминания о Джейн с новой силой нахлынули на меня.

— Они заплатят за это. — Сказал ей я. — Больше никто не умрет из-за чьей-то халатности.

Она подняла голову и посмотрела мне в глаза. Крупные бусины слез стекали по её щекам.

— Папа, — Еле слышно произнесла она. — Ты не убийца. Не убивай их, прошу.

Но моё сердце было глухо к её просьбам. Мой приговор был уже вынесен.

************

Как бы Федор не уговаривал меня, я все равно решил идти в авангарде. Ночью, в районе четырех утра первые группы забрались в вентиляционные шахты. Больше часа ушло на то, чтобы группы поднялись до проходов внутрь шпиля.

Разбив вентиляционную решётку, я пролез в проем, ведущий в коридоры. Вместе со мной было еще двое из спецроты.

— Мы внутри. — Сказал я в бусину приема передачи связи. — Двигаемся дальше.

Шпиль имел сорок этажей, моя группа выбралась на пятом.

— Всем группам, найти и уничтожить узлы блокировки дверей. — Передал всем группам Федор.

По пути к центру охраны нами не было встречено ни единой души. Но как только мы приблизились к комнате управления, нам навстречу вышел один из работников шпиля в синем комбинезоне. Он трясущимися руками держал пистолет, направленный в нашу сторону. В его глазах читался страх и неуверенность.