Одна стена кабинета полностью из остекления. Вид на западный Сеул потрясающий! Можно рассмотреть мост, с которого прошлой ночью утащила сумасшедшая.

— Мичи-и-ин… — тихо, без злости и с некоторой долей внезапной тоски, произнёс Ган. — Зачем тебе часы?

(Мичин [??] — Безумие.)

"Часы у неё. Не утонули в реке. Точно помню тяжесть на запястье, при посещении кафешки со странным названием. Старый бармен к этому непричастен. И когда девчонка умудрилась… Стоило проверить гостиницу… Почему она ведёт себя так безрассудно?! Может, затея ЙуМи имеет смысл? Старшая, по итогу, окажется права. Как и всегда…" — парень кивнул, соглашаясь с мыслями.

— Будет полоумной уроком, — зло бормочет Ган. — Собьёт с неё спесь! Охренела, чужие вещи красть. Сплошные проблемы… Чэнджан!

Вид из окна уже не радует. Парень отвернулся к дизайнерскому столу в стиле хай-тек и подхватывает золотой Паркер. Он постукивает колпачком ручки, пока размышляет над вечерними планами.

— Рвануть что ли в клуб? — задумался Ган.

Сиротливо лёгкая кисть руки раздражает невыносимо. После недавнего совещания настроение у парня хуже некуда и торчать на рабочем месте нет никакого желания.

Раздался стук. Через приоткрытую дверь заглядывает молодая секретарша в светлой блузке и офисной юбке ниже коленок. Её длинные волосы собрала простая коса за спиной.

— Пуджан-ним! Новая корреспонденция. Посылку доставил курьер. Отправитель не указан, но служба безопасности дала добро. Отложить к остальным?

Секретарша склонила миловидное личико. Она нацелилась на большую кучу, которая беспорядочно валяется, собирая пыль в углу кабинета.

"Приглашение к очередному свиданию вслепую? — раздраженно думает парень. — Опять парные футболки, висюльки для ключей и ежедневники с зайчиками! Надоело. В клуб, точняк в клуб!"

Необычная упаковка в руках секретарши привлекает внимание.

— ЧжиВон, давай сюда, — Ган показал на стол пистолетиком, сделанным из пальцев руки.

По дорогому паркету стучат каблучки офисных туфель. Секретарша аккуратно укладывает серую посылку на стол. Последовал стандартный поклон и девушка покидает кабинет.

"Посмотрим, что хищницы придумали на этот раз!" — хмыкнул Ган.

Парень достал канцелярский нож из узорного стакана и вскрывает коробку. Необычная упаковка похожа на техническую бумагу, которой перекручивают товары в супермаркетах после покупки.

— Это и есть упаковочная бумага, — удивился Ган.

Содержимое посылки удивляет парня ещё больше: «Пышки Мо!», «Пальчики оближешь!», «Съешь меня быстрей!», «Самые вкусные сдобные булочки Сеула!», «Двигай давай налетай!». Пестрят лозунги, красочно раскрашивая коробку. Буйство надписей вводит парня в замешательство.

— Не пойму… — недоумевает Ган, — с каких пор сдобные булочки стали приглашением на свидание? Я не заказывал еду навынос… Может, кто-то ошибся адресатом? Что за бред?

Парень открывает коробку. Внутри действительно лежит вытянутая булочка. Один конец выпечки украшает необычный узор: кто-то выщипал тесто и оставил забавную рожицу с дерзкой ухмылкой. Другую сторону обжал браслет золотых часов.

— Быть не может…

Не веря происходящему, парень взялся за серединку и поднимает булочку. Удивленные глаза уставились в нахальный оскал. Тяжёлые часы перевешивают и хлебная мордочка прыгает, чувствительно кусая в сломанный нос.

— Фифаль! — гнусавит Ган.

Парень отдёрнулся и кривится от боли. Его ладони сжимают нос. Дорогие часы гремят, шмякнув солидный вес обратно в коробку. Сломанная булочка осыпает крошками дизайнерский стол, улетая на пол.

Внезапная атака хлебобулочного изделия вызывает краткое дежавю. Ган вспомнил зал ожидания аэропорта и попытку успокоить грустную соседку.

— Офенеть…

Парень отпустил заболевший нос и проверяет заднюю крышку часов. Да, это его Ролекс… На дне коробки он замечает странную надпись. Стиль начертания рваный и необычный, так пишут даже не маленькие дети, так пишут в яслях: «СЕМЬЯ ГЛАВНОЕ ПРАВДА».

Во внезапном порыве, парень стиснул драгоценные часы в кулаке. И швыряет их в стену напротив!

Плазменный телевизор хлопает треснувшей матрицей, изображение меркнет, играя разноцветными полосами в месте удара. Разбитый экран показывает вечерние новости на одном из центральных каналов, работая в беззвучном режиме.

Диктора сменяет фотография молодой особы. Изумрудный глаз смотрит устало и с некоторым обвинением. Правую сторону бледного лица закрыли помехи разбитого экрана. Видна лохматая чёлка и тонкая шея из горловины серой футболки. Блестит тьма устаревших очков, висящих у шеи. Яркий принт перекрыла табличка, грани которой удерживают тонкие пальцы, полные стальных колец. Наборные цифры образовали номер: «1004».