— Есть же ближе центры, там пробки сейчас…

— Но то, что мне нужно, продается только там, — настойчиво и с нажимом сказала я.

Миша пожал плечами, мол, туда так туда и повез меня по указанному адресу.

Я постоянно смотрела на часы, очень боясь опоздать. Еще меня ужасно волновал вопрос, как Сашка собрался находиться в женском туалете? Его же выгонят.

К «Алине» подъехали, когда я вся уже извелась. Часы показывали 16:35.

Поднялись на второй этаж и тут мне пришлось снова обманывать бедного Мишаню.

— Ой, — вдруг пискнула я.

— Что такое?

— Я кажется в туалет хочу.

— Ну так иди. Чего терпеть-то. Вредно это.

— Ага, — кивнула и понеслась в нужную сторону.

В туалете образовалась очередь. Лишь одна женщина облокотилась о стену, будто кого-то ждала. Лицо она прятала в воротник пальто и если бы «она» меня не окликнула, ни за что бы не догадалась, что это Сашка. Ну посудите сами: женское пальто до колен, джинсы в обтяжку, узкие ботинки и меховая шапка. Воротник пальто закрывает половину лица, так, что видно одни глаза и часть носа.

— Алиса, подруга, привет! Я Александра, ты не узнаешь меня? — пропищала эта «дама», и я чуть не прыснула со смеху. Правда вовремя взяла себя в руки. У человека беда какая-то, а я тут смеяться вздумала. На странный голос девушки в недоумении обернулись, но сделали вид, что все нормально.

Я изобразила восторг от встречи двух подруг.

— Сашенька, дорогая, какими судьбами?

— Ой, да вот ездила квартиру искать, у тебя никто случайно не сдает?

— Дай-ка подумать…

Сашка незаметно сунул мне бумажку, и я украдкой прочла.

«Нужно где-то перекантоваться, я в опасности».

— Ах, ну точно… есть у меня один товарищ, как раз сдает. Давай адрес напишу.

Сашка достал из дамской сумочки ручку и блокнот, где я черканула ему адрес Петра. А заодно и несколько слов старику.

— Вот спасибо! А тоя уже и не знала, куда бежать… ладно, мне пора. Увидимся!

Я снова чуть не захохотала, наблюдая за тем, как Сашка, совершенно по-мужски ковыляет к двери. Я была настолько рада видеть Сашку живым и невредимым, что все остальное сейчас казалось совершенно неважным. Главное, что вот он, жив и здоров, остальное по-боку. Дамы в очереди тоже недоуменно косились на странную Александру.

— Болезнь… — вздохнув, пояснила я, — Она с детства такая… кто последний?

* * *

К Петруше я поехала вечером. Мужу сообщать не стала, хотя ему и не было интересно, куда это я собралась в такое время. Между нами снова образовалась стена непонимания и лёд безразличия.

Неожиданно сопровождать меня вызвался Макс, с заметной издевкой сообщая Богдану, что Мишаня снова чем-то траванулся. И с такой ехидной улыбкой на меня смотрел, будто я в этом виновата. Ну да, он ел шаурму в ларьке, хотя я его и предупреждала. Но разве мужчины слушают женщин?

В общем я попросило Макса заехать с супермаркет, купила несколько пакетов продуктов, и он повез меня к «деду».

Я то и дело ерзала на заднем сиденье, иногда ловя на себе взгляды Макса. Он изучал мою реакцию на него и от этого становилось еще хуже. Ужасно, что я такая дура, которая не может обуять свою страсть к какому-то мужику.

И тут это тип неожиданно спросил.

— Может в лесок?

Чего?!

Я чуть не поперхнулась собственной слюной от возмущения.

А этот гад ржет, как-будто снова принял меня за черте пойми кого.

У меня что, на лице написано «хочу тебя»?

— Пошел. Ты. К черту.

— Ладно-ладно, не злись, Лисичка… Я помню, что ты не моя сладкая девочка.

Я стиснула зубы покрепче, вдохнула в легкие побольше воздуха и буквально прошипела:

— Запомни это на всю жизнь — я не твоя девочка, в этом ты прав. И никогда ею не буду. И если ты еще хоть раз…

— Я же сказал, штука… — примирительно поднял он руки и машина тут же вильнула.

Я собрала всю волю в кулак. Лишь бы не высказать этому типу все, что о нем думаю.

До дома Петруши ехали в полном молчании. Я больше не ловила его взгляды в зеркале. Я вообще старалась не смотреть в его сторону, все больше глазея в окно.

— Приехали. И давай там не долго. У меня еще дела.

— Как скажешь, мистер помощник, — съехидничала я, подходя к багажнику. Он, кстати, все-таки помог донести пакеты до подъезда.

— Дальше я сама. Старик не любит посторонних, может и в морду дать.

— В психушку ему надо, идиоту старому, — процедил Макс, но дальше не пошел.