– Напомни ещё раз, как твоя фамилия?

– А я её не говорила. – Вновь бросаю взгляд на горящие лампы, неужто подумал, что у меня чердак подтекает? Хотя, и правда, могу показаться немного не в себе: со зверьком, странной куклой и сомнительной причиной для того, чтобы из дома уйти. Хорёк ещё этот… – Моё имя Василиса Белецкая, можете проверить, я нигде на учёте не стою и ни из какой больницы не сбегала. – Порываюсь залезть в рюкзак, чтобы предъявить паспорт.

– Кир! – шипит Ядвига, пихая его локтем в бок. – Вася, он не это имел в виду. Не надо ничего показывать, ну! Пойдём.

Такси, шурша гравием, медленно уезжает, а мы идём к дому.

– Ого-го, – восторженно шепчу. – Как в сказке, про Бабу Ягу! Почти что на курьих ногах! – киваю парочке на странные сваи.

– Раньше, по весне здесь бывали сильные паводки, и двор подтапливало, – объясняет Яда странную конструкцию дома. – Но ты не волнуйся, давно такого не было.

– До весны я уж точно не задержусь, – уверяю я. – Разве что на месяц, пока отец не вернётся.

– Ну да, – Яда, заправив локон за ухо, взбегает по ступеням, – хочу тебя познакомить с моими… питомцами.

Открыв дверь дома, она, споро сняв обувь, громко кричит:

– Яким, Вассесуарий Венедиктович, у нас гости! Выходите поздороваться.

– Ох! – Возглас вышел тихим и немного испуганным. В жизни не видела такого упитанного, чёрного кота и такого же громадного иссиня-чёрного ворона!

Оба питомца были размером с упитанного, годовалого ребёнка, не меньше. И что странно, ворон важно расхаживал, переваливаясь с лапы на лапу, словно был дрессированным. Чудно!

– Знакомьтесь, – довольно проворковала Яда, поглаживая птицу по округлой голове, – это Василиса, поживёт с вами месяц. Помогайте чем сможете, и, сдаётся мне, она поможет вам.

– Покормить и лоток убрать я могу, без вопросов. Скажи только где корм и туалет. А ворон, он куда, простите, гадит?

Не выдержав, Кирилл хохочет, громко и так, как будто я сказала что-то ну очень смешное. Непонимающе перевожу взгляд на Яду, которая сжала губы в тонкую ниточку, очевидно, стараясь изо всех сил не засмеяться так же.

– Они у нас воспитанные, – продолжая посмеиваться, отвечает Кир, – свои дела вне дома делают, да Васиссуарий Венедиктович?

Неожиданно в доме раздаётся шипение радио, из которого льётся странная, песня:

А у нас ещё одна дурочка, дурочка,

Ой, дим-ладо, дурочка.

А мы её выучим, выучим,

Ой, дим-ладо, выучим, выучим.

– Почему это ещё одна? – возмущается Ядвига.

– Что это? – верчу головой, следуя за ней на кухню.

– Да-а, радио, иногда оживает. Не обращай внимания…

Но оно вновь, щёлкая радиоволнами, продолжает:

Слушай внимательно

Всё было так: поздний вечер, случайная встреча

Подходит соска, за ней плетутся два недоноска

Она говорит: «Привет любимый»

Те двое воткнувшись в тему проходят мимо.

Сердце в завалах бетонных плит

Никто не говорит

– Эй! Я бы попросила! – Яда тыкает пальцем в кота.

Давай скажи, что я понял всё не так

Давай скажи, что б не вёл себя, как дурак

Давай хоть что-нибудь выдай мне, не молчи

И забери ключи.

– Так, всё! – подойдя к кухонному островку, на котором примостилось радио, Кирилл выдернул шнур питания из розетки под неодобрительное мяуканье кота и как будто бы раздражённое постукивание вороньим клювом о стол. – Ночи тихие, не бойся. В дом никто не войдёт, у нас кот лучше собаки сторожит, – обратился ко мне. – Завтра пришлю человека, посмотри, что тебе понадобится, список приготовь. Пока мы будем в отъезде, он тебе поможет если что вдруг надо. Парень проверенный, не волнуйся, не обидит. Яда, давай уже, нам пора, ночь на дворе, ты же знаешь, гости туда-сюда шастают.

Странные…

– О, да. Нам пора, – она виновато смотрит на кота и птицу. – Я загляну, попозже. Но, есть шанс, в этот раз точно! Сегодня знаки целый день меня вели, – мурлычет котану на ушко, мягко поглаживая по шёрстке. – Будь хорошим мальчиком, Вася. Тем более, вот, тёзка твоя. И у неё ласка есть! Примите как своего!

– Кстати, о хорьках, – Кирилл лезет в переноску. В руках у него спящий в полном отрубе зверёк. – Какой-то полудохлый он. Точно очухается?

– Точно, – кивает Яда. Подойдя ближе, ласково чешет хорька меж ушей. – До утра проспит уж. Ты ему местечко сама подбери, где спать уложишь, ладно?